“Тогда мы не ждем, пока он скажет нам, что будет дальше. Мы действуем. Мы защищаем все, что можем, и копаем до тех пор, пока не поймем”.

Я кивнула, хотя каждый дюйм моей души гудел от неуверенности.

Академия хотела открыться. Подопечный умирал. И какую бы связь я ни оставил открытой, реальную или воображаемую, ее нельзя было бы разгадать, сидя и ожидая шепота, который, возможно, никогда не прозвучит.

Время пришло. Но нам нужно было решить, во что мы открываемся .

Без названия

Глава Сороктретья

Старое бархатное кресло застонало, когда Элира откинулась в нем на спинку. Ее вязанье лежало забытое на столе, в спицы все еще была продета темно-синяя шерсть, которая теперь выглядела потускневшей под тяжестью того, что мы только что сказали. Огонь шипел и потрескивал рядом с нами, но это никак не помогало согреть воздух в комнате. Казалось, что все вокруг пропитано тишиной.

Я стояла у окна, скрестив руки на груди, вглядываясь в серую дымку, прижавшуюся к стеклу. Мои мысли кружились, как шторм, попавший в бутылку. Я чувствовала, как боль все еще пульсирует в моем бедре, призрак разложения Палаты шептал прямо под моей кожей.

Затем раздался звук медленно и нерешительно открывающейся двери. Я обернулся, наполовину ожидая увидеть Ардетию. Или, может быть, Беллу. Но это был не кто-то из них.

Это была Нова.

Она вошла в комнату, из-под шарфа, небрежно намотанного на шею, выбивались волны. Ее щеки раскраснелись от открытия, а на рукавах виднелись пятна травяной пыли — лаванды или, может быть, шалфея, трудно сказать. Она выглядела так, словно только что вышла из класса.

Она остановилась, когда увидела нас. Ее глаза перебегали с моей бабушки на меня. В свете камина ее темные волосы отливали каштаном.

“ Что случилось? спросила она тихим, но достаточно резким голосом, чтобы прорезать тишину в комнате.

Моя бабушка подняла глаза на Нову, но ничего не сказала.

Я пересекла комнату, не раздумывая. Мои руки были холодными. Мое сердце - нет.

“Это отделение для бабочек”, - сказал я. “Оно исчезает. Мы только что были там”.

Нова медленно размотала шарф, нахмурив брови. - Как исчезает?

“Мерцания больше нет. Воздух казался мертвым. Яркие цветы и виноградные лозы исчезли. И все же, как будто что-то забрало из него всю магию и оставило оболочку. Резьба на арке потеряла свой цвет. Нет ни гула, ни сопротивления. Место кажется… неправильно.”

Она перевела взгляд между нами. “ Эта защита никогда не ослабевала. Даже во время наихудшего действия проклятия. Ты уверен?

- Киган тоже это видел.

Нова бросила шарф на стул и пересекла комнату, бесшумно ступая ботинками по каменному полу. Она долго молчала, а затем внимательно посмотрела на меня. “Что еще?”

Я колебалась, слова застряли у меня в горле. Но я не могла их сдерживать. Больше нет.

- Я думаю, это моя вина.

Ее глаза сузились. - Мэйв...

- Я думаю, Гидеон все еще имеет надо мной власть.

От этого в комнате воцарилась такая тишина, что она показалась тяжелее, чем раньше.

Выражение лица моей бабушки не изменилось, но я увидела, как ее пальцы на коленях дернулись - рефлекс, который она не смогла скрыть.

“Я не знаю, что это за связь”, - сказал я. “Не проклятие, не что-то очевидное. Но что-то маленькое. Скрытое. Что-то, чему я позволил случиться, не зная об этом. Что, если это оставило ниточку?”

Я мерила шагами комнату, тепло огня не касалось холода в моих руках. “Что, если теперь, когда Академия просыпается, и я просыпаюсь вместе с ней, он подпитывается этой связью? Что, если каждый шаг, который мы делаем к открытию, - это еще одна ниточка, за которую он может потянуть? Что, если Защита Бабочки — моя Защита — разваливается, потому что он чувствует перемены и истощает их?”

Я повернулась к ним обоим. - Что, если он ждал этого момента?

Нова заговорила не сразу. Она изучала меня, как будто читала историю, о которой я и не подозревал.

А затем, не говоря ни слова, она преодолела разделявшее нас расстояние и взяла меня за руку.

Ее пальцы были прохладными и сухими, они крепко сжимали мои, большой палец нежно скользил по моей ладони. Ее хватка наилучшим образом успокоила меня. Напряжение в моей груди немного ослабло.

Она улыбнулась, но это была не пренебрежительная улыбка. Она была спокойной. Знающей. Доброй.

“Тогда приходи в мой класс”, - сказала она.

Я моргнула. - Что?

“Мы найдем нить”, - сказала она, как будто это была самая очевидная вещь в мире. “Если она там есть, мы ее увидим. Если он что-то оставил , мы это выкопаем. Как колючку. Осторожно, но без колебаний.

Моя бабушка выпрямилась на стуле. - Ты уверена, что это безопасно для тебя?

Взгляд Новы не дрогнул. “ Дело не в безопасности. Дело в необходимости. И она будет не одна.