— Я уже работаю с Бартилоу над списком гру — людей с задатками лидера. Администраторов. — Она увидела ту же проблему в их скоплении здесь. — Никто не будет счастлив, когда его попросят сняться с места и начать всё с нуля. Пусть даже с приличной долей снаряжения. У них была горстка машин, которые спустились в разобранном виде. Они могли перевозить тяжёлое оборудование вроде фабрикаторов и термоядерных генераторов на любую новую площадку, но это означало прорубать дороги через лес. Здешняя местность колёсному транспорту не подходила.

— Оно нас пока не съело, — заметил Киеравен.

Это был их главный страх поначалу. Что зелень внизу превратится в чудовище наверху. Косимир пыталась вспомнить, что Хиерон говорила про устройство здешней жизни. Скрытая пластичность или что-то такое. А значит, может быть, здешний биом — как темница безумного учёного: внутри каждой клетки — чудовище.

Она открыла рот, чтобы сказать что-то ободряющее, что-то капитанское. Не вышло. «Пока» было её главной мыслью, — вряд ли ободряющей. Тут за спиной у них раздались шаги: женщина, остроскулая и ужасно молодая.

— Да? — Косимир, по-капитански прямо, готовая слушать доклад.

— Классицистка Бартилоу направила меня к вам, — сказала женщина. Голос у неё был лёгкий, почти певучий. — Энелиссе Джеспер. Я отвечала за Науку на «Нергале».

От названия её передёрнуло: её прежний корабль. На секунду она была не капитан вовсе, а Главный Инженер, чья вотчина — вещи чинимые, а не этот туман решений и ответственности.

— Ты была из команды Госкари?

Джеспер кивнула. Она, должно быть, была почти ребёнком в этой команде, самой младшей. Одарённой, значит? Или просто везучей.

— Госкари — он?..

Не было смысла договаривать, раз перед ней стояла Джеспер, а не сам Госкари. Она ощутила зябкий укол потери по своему старому коллеге с «Нергала»; понадеялась, что его миновала участь просто зачахнуть вместе со старой Землёй. Но вот перед ней одна из его людей, всунутая в груз «Мардука» промыслом Управления. Как подарок от полузабытого друга.

— Бартилоу дала тебе задание? — спросила Косимир.

— Собрать команду. Изучать. Найти, как сделать жизнь лучше. — Джеспер шагнула вперёд, к самому забору, и уставилась вдаль. — Я всегда думала: как выглядит дикое.

Потом, после мгновения общего созерцания:

— Оно смотрит в ответ. Я не ожидала.

Разумеется, оно не могло смотреть в ответ. Это был фантазёрский вздор, которого Косимир было не нужно от нового Главного Научного Сотрудника. Ей следовало пресечь такие разговоры сразу и жёстко. Но она ничего не сказала, потому что Джеспер была совершенно права.

ЧАСТЬ 14 ТРЕТЬЯ ЭПОХА

Враг Врага Врага

14.1

Корабль сел. Проблематично, по ряду причин — не в последнюю очередь потому, что вообще-то садиться он не был рассчитан. Алис сидит на скошенной, чуть резиновой поверхности сверху, обхватив голову руками. Скафандр ввёл ей обезболивающее, но эхо-память о том, как её трясло, всё ещё дорисовывает уже изгнанные боли. Своего рода симуляция физической травмы, в которую её нервы и мышцы очень охотно верят.

Они прочертили в лесу изрядную борозду. Но в конфликте возраста деревьев и относительно гибкой конструкцией корабля — с корнем выворочено оказалось только пара штук. Их судно застыло в очень странной конфигурации, его края выдавились между стволами, будто оно за ночь выросло здесь, как гриб.

Это, разумеется, одна из логистических задач, которые нам предстоит решить, чтобы вернуться в воздух, — говорят Портифабиан. Они добавляют ещё и концептуальной боли к её мигрени: она принимает их сообщения через связь скафандра, как и в случае с Керн, но одновременно и через свой переводческий имплант, который расшифровывает портиидский язык тела, что Портифабиан заставляет исполнять их робота. Два перевода не совсем совпадают слово в слово, а за обоими версиями — два паучьих ума. Пытаться продумать это хуже, чем сама боль после аварии.

— Другая логистическая задача — что как только мы это сделаем, на нас накинутся эти гигантские ящеро-птичьи твари, — предлагает она.

Это остаётся проблемой капитана - будет ли проблема решена оружием на Стоматоподе. Портифабианы на секунду умолкают. Капитан, скорее всего, решит эту проблему с помощью какой-нибудь разновидности дистанционной жестокости, — уточняют они, язык тела на мгновение выдает крайнее возбуждение, движения повторяют друг друга, как будто они заикаются. Алис тянется, колеблется, потом гладит пластик их головогруди. Там есть крошечные волоски, и она надеется, что прикосновение передается паукам внутри, и некоторым из них это доставляет удовольствие.

Сам корабль ремонт ремонтируется саморемонт функции т-т-т-т. Маленький безумный танец ярости от собственной потери контроля, но Алис считает, что всем сейчас позволено быть на нервах. Корабль отремонтирует излечит отремонтирует себя, — с усилием выговаривают Портифабиан. Сейчас я попробую восстановить связь с экземпляром Керн внутри корабля и/или с Керн-первичной на борту «Диссентера».

— Могу помочь? — спрашивает Алис.