Третья моя любовница Кармель была свободна. Она ждала меня в своей квартире в шелковом халате, из которого выглядывали кружевные чулки.

— Я всегда знала, что ты вернешься, — промурлыкала она, обвивая мою шею руками. — Ты мой, Эш. Я люблю тебя, ты же знаешь.

Я молча протянул ей кулон.

Она взяла его, улыбнулась, кокетливо поднесла к свету.

Камень остался холодным.

— Это подарок? — все в том же игривом тоне спросила она. — Драгоценный?

— Нет, не драгоценный, — сказал я и, протянув руку, забрал у нее кулон. — Кармель, я разорился.

Девушка застыла.

— Теперь я больше не лорд, у меня нет денег… Но зато я могу жениться на тебе. Больше никакого высшего света, который указывал бы мне, на ком жениться.

Кармель переменилась в лице. Она сделала шаг назад и тут же запахнула свой халат.

Я смотрел на нее и не верил, что спал с этой женщиной несколько лет.

Совершенно чужая…

— Эш… Я привыкла к богатой жизни, — наконец выдавила она.

Больше я не сказал ни слова — просто развернулся и ушел. Даже смотреть на нее было… неприятно.

Она не любила меня. Впрочем… А любил ли ее я?

А говорят еще, что женщины — существа влюбчивые...

Я вышел на улицу, где завывал ветер, и сел в карету. Голова болела так, словно ее сдавливали тисками. Внутри расползался холод — тот самый, знакомый, могильный. Проклятье напоминало о себе. И, судя по всему, времени у меня оставалось немного.

Я чувствовал это и раньше. Но сейчас… с этой новой надеждой, проклятие ощущалось куда острее. Или это желание жить?

Я посмотрел на кулон. Камень, словно насмехаясь над моими попытками, переливался в лучах бледного солнца.

— Дерьмо, — вырвалось у меня.

— Господин? — раздался голос кучера снаружи. — Куда велите ехать?

Вариантов у меня осталось мало. Можно сказать, один.

Лекарка.

Я хотел сразу навести о ней справки, но выяснилось, что она даже имени своего не назвала. Дворецкий пожимал плечами, слуги разводили руками. Я велел проверить домовую книгу — лекарка должна была взять чек. Но и чек она не взяла.

Странно.

Обычно за свои услуги лекари драли три шкуры. А эта — убежала, даже не оглянувшись.

Конечно, я не верил, что меня любит какая-то незнакомая лекарка, которую я никогда в жизни не видел. Да и видела ли она меня? Я лежал без сознания, превращался в ледышку. Какая любовь? Но других вариантов не осталось.

К тому же Сэмюэл клялся, что я целовался с ней. И целовался, по его словам, со всей страстью.

Смешно. Я целую незнакомку, а она меня — и я оживаю? Звучит как бред. Но других вариантов не осталось. Мне нужна была эта женщина.

— Отвези меня к лекарке, — бросил я кучеру. — К той, которую ты сегодня отвозил.

Карета тронулась, и я смотрел на проплывающие мимо улицы. Широкие проспекты сменились узкими переулками, каменные особняки — маленькими домиками. Мы уезжали из центра, все дальше, в самую глубь окраины.

Я отодвинул шторку, вглядываясь в незнакомые фасады.

— Господин, она вышла здесь, — сказал кучер, останавливаясь.

Я вышел на улицу. Ветер тут же бросил в лицо колючий снег, я прищурился и осмотрелся.

Район мне был незнаком. Да, это все еще была столица, но самая ее окраина.

Старые дома, кривые улочки, редкие прохожие.

И в одном из этих домов жила женщина, которая меня любила.

Я усмехнулся.

Забавно.

И тут я увидел ее. Маленькую лекарскую лавку. Вывеска потрескалась, краска облупилась, окна были маленькими, но из-за подоконников выглядывали горшки с какими-то цветами.

Я здесь никогда не был. Но ноги сами понесли меня вперед.

Я перешел дорогу, толкнул дверь. Колокольчик над дверью звякнул.

Я вошел и осмотрелся.

Маленькое помещение. Два стеллажа с мазями, отварами, сухими травами. Стол, за которым отпускают. И горшки с зеленью на подоконниках. Пахло мятой, ромашкой и чем-то сладким — медом, что ли?

— Есть кто? — спросил я, закрывая за собой дверь.

В ноги тут же бросилась кошка. Пушистая, белая, с яркими зелеными глазами. Я даже дернулся от неожиданности, а потом улыбнулся.

— Привет, — сказал я, приседая на корточки. — Так значит, ты здесь хозяйка?

Кошка замурчала, потерлась о мои сапоги, и я не удержался — провел ладонью по ее мягкой шерсти.

— Так и есть, — раздался нежный женский голос. — Пришла сюда пару лет назад и стала полноправной хозяйкой.

Я поднял голову.

И увидел ее.

Она стояла в дверях, ведущих в заднюю комнату, и улыбалась. Светлые волосы собраны в небрежный пучок. Серые глаза смотрели спокойно, даже чуть сонно.

А потом она столкнулась со мной взглядом.

Ее лицо переменилось. Улыбка сползла, глаза расширились.

Она будто… будто увидела привидение.

— Добрый день, — сказал я, поднимаясь с корточек. Кошка продолжала тереться о мои ноги, громко мурлыча. — Я ищу лекарку, которая приезжала ко мне домой сегодня ночью.