Встретила она меня, к слову, не очень приветливо. Я мог бы подумать, что я ей не нравлюсь... Но все остальное показывало обратное. Она меня любила.

Только вот почему-то не хотела этого признавать.

— Лия, у вас есть... муж? Жених?

Девушка переменилась в лице. Стала бледнее, и в глазах мелькнула решимость.

— Нет, — твердо сказала она.

— Прекрасная новость, — тут же ответил я.

Она скрестила руки на груди, и я заметил, как дрогнули ее пальцы. Нервничает.

— Лорд Кейн, что вы от меня хотите? Вам нужно снять проклятие? Я... я не люблю вас! Но если вам нужно признание, я скажу. Скажу все, что вы захотите. Только оставьте меня в покое.

Я всмотрелся в ее серые глаза. И вдруг заметил в них искорки. Они переливались, отливали зеленью и голубизной.

От этого зрелища я застыл.

— Лорд Кейн, вы ведете себя неприлично, — сказала девушка, и я очнулся. — Вам нужно признание? Хорошо. Если вам поможет...

Она глубоко вздохнула, и я видел, как тяжело ей даются эти слова.

— Эштон Кейн, я... я вас люблю!

10

Эштон Кейн

Я застыл.

От меня не укрылось, как дрогнул ее голос. Как она выдохнула это признание, словно сбрасывая с себя непосильную ношу. Как замерла, когда слова сорвались с губ, и в глазах мелькнуло что-то… Что-то чему я не мог дать названия.

Ее дыхание участилось. Сердце забилось быстрее — я видел, как пульсирует жилка на тонкой шее. Зрачки расширились.

Это не заметил бы обычный человек. Но я был драконом. Я чувствовал каждое изменение в ее теле.

Кулон вспыхнул ярче, нагрелся в моей ладони, и я почувствовал, как волна тепла разлилась по груди.

И правда. Любит. По-настоящему.

Лия Белл. Незнакомка. Но любящая меня незнакомка.

Наверное, для нее я был знаком. Может, она видела меня на параде в форме? Женщинам ведь нравятся мужчины в форме. Многие влюбляются в героев…

Но почему тогда ее лицо кажется мне знакомым? Может, я тоже видел ее где-то и отметил для себя? Она красивая. Хрупкая. С тонкими чертами лица и большими глазами. Но очень уж уставшая. Словно жизнь выпила из нее все соки.

И снова что-то не сходилось.

Но главное — я знаю ее имя. А значит, могу навести справки.

— Лорд Кейн, — снова вырвала меня из мыслей Лия. Ее голос был нежным, но с примесью недовольства. — Вы здоровы? Теперь я могу вернуться к работе?

В ее голосе звучало нетерпение. Ей не терпелось... выгнать меня?

Удивительно. Все совсем не так, как я привык.

Сегодня мне столько женщин признались в любви, и каждая из них была готова на все, чтобы быть рядом со мной. Но ни одна из них меня не любила. А эта... маленькая, хрупкая женщина... Она смотрела на меня с недовольством, сжимала кулаки и, кажется, хотела, чтобы я скорее ушел.

И именно это создание, похожее на лесного эльфа из детских сказок, любило меня по-настоящему.

— Нет, Лия, я не здоров, — сказал я, и она вздрогнула. — Проклятье стало сильнее. Теперь просто признанием его не снять.

Лия нахмурилась.

— Ну, а что вы тогда хотите? Что... что я должна сделать, чтобы оно спало?

Я хмыкнул. Что-то подсказывало мне, что мои дальнейшие слова ей не понравятся.

— Лорд Кейн, — начала она, и голос ее стал резче, — вы тянете время. У меня, знаете ли, работа. Надо мази готовить, отвары, а вы меня задерживаете и никак не объясните...

— Лия, — перебил я. — Вы должны со мной переспать.

Она застыла.

А потом дернулась, словно смысл моих слов дошел до нее не сразу. Глаза расширились, и она сделала шаг назад. Кошка, тершаяся об мои ноги, недовольно мяукнула.

— Простите... что? — переспросила она резко, и я услышал в ее голосе ужас. — Что вы сказали?

— Чтобы снять проклятие, вы должны провести со мной ночь, — повторил я терпеливо. — Только так оно будет снято.

11

Лия

— Ты... — вырвалось у меня с гневом, я почувствовала, как краснею от злости. — Вы...

Ладони сами сжимались в кулаки. Сердце колотилось в бешеном темпе. Уверена, сейчас я похожа на какого-нибудь дикого зверя.

Я старалась держаться изо всех сил. Он лорд. Нельзя грубить! Нельзя его... послать... Держи себя в руках, Лия. Держи!

— Лорд Кейн, — прошипела я сквозь зубы, пока мужчина напротив стоял и молча рассматривал меня, вздернув бровь. — Вы, должно быть, не заметили вывески? Там написано, что это лекарская лавка, а не... бордель. — Последнее слово я выплюнула со злостью и брезгливостью.

Наконец выдавила из себя что-то приличное. Хотя в голове я вовсю уже кидалась в Эштона самыми грубыми ругательствами, а еще... душила его собственными руками.

Эштон хотел что-то сказать, но зазвенел колокольчик.

Слава богам, пришел клиент!