За те жалкие секунды, что «Темный Ангел» Сасрир методично стирал Ловию с лица земли, Клейну, опираясь на свою исключительную природу и солидный багаж опыта, удалось вынырнуть из-под гнета «Лишения разума». В душу юноши неумолимо заползала первобытная, свинцовая безысходность перед этой бойней.

Они выложили на стол все свои козыри, рвали жилы до предела, но умудрились лишь слегка оцарапать этого леденящего злого духа. А теперь, навсегда потеряв одного полубога, они неминуемо окажутся в куда более плачевном, суицидальном положении.

«Что делать?» — Клейн, пустив в ход «Ползучий голод» и непрерывно совершая «скачки», дабы не стать легкой мишенью, лихорадочно препарировал обстановку, отчаянно силясь нащупать хоть малейшую уязвимость врага.

«Ведь если смотреть в корень, Он — злой дух… злой дух…» — едва силуэт юноши вынырнул в очередной слепой зоне, как его духовную интуицию прошибло ослепительным озарением. Прицел его взора молниеносно сместился на ту самую пепельно-серую плиту, что покоилась на железно-черном престоле!

Спору нет, кое-какие злые духи могли похвастать наличием Потусторонних характеристик, однако львиная доля этих бестий была их напрочь лишена. Их разрушительная мощь брала исток в совершенно иных местах — к примеру, в мире духов. Само существование таких фантомов зиждилось на жесткой привязке к некоему якорю: будь то их исконные охотничьи «угодья» или же специфическая реликвия. И всех их объединяло одно железобетонное правило: опираясь на эти узлы, монстры наводили мосты с миром духов или даже Подземным царством, жадно выкачивая энергию для поддержания собственной жизни.

А этот конкретный злой дух, вылупившийся из «Темного Ангела» Сасрира и, вполне вероятно, щедро замешанный на крупицах воли самого Первозданного — откуда Он черпает Свою заоблачную мощь?

Они находились в «Земле, покинутой богами». Связь с миром духов здесь была наглухо запечатана и практически обрублена под корень, выудить оттуда силу было физически немыслимо. Сам Клейн умудрялся совершать «Телепортации» исключительно за счет специфики божественного царства или его зародыша. Вдобавок «Двор Короля Гигантов» априори не мог ссудить злому духу арсенал стезей «Зрителя», «Солнца», «Повешенного», «Читателя» или «Тирана». А те самые подлинные Потусторонние характеристики, которыми некогда владел «Темный Ангел», уже железобетонно перекочевали в плоть «Истинного Творца» и нынче здесь не водились.

А значит, ответ на вопрос о подлинном источнике силы этого монстра лежал на самой поверхности:

«Море Хаоса»!

И в этих окутанных мраком чертогах единственным предметом, намертво связанным с пучинами «Моря Хаоса», была не что иное, как та самая «Скрижаль Богохульства»!

И в тот самый миг, когда Клейн вперил тяжелый взгляд в железно-черный престол, юноша безошибочно подметил: глаза предводителя Города Серебра, Колина Илиада, тоже хищно скользнули в том же направлении.

Глава 1264 Преемник

Не было нужды ни в каких словах. Хватило лишь одного мимолетного столкновения взглядов, чтобы Клейн кристально ясно осознал: их с Колином Илиадом мысли сошлись в одной-единственной точке.

Юноша без малейших колебаний перевернул инкрустированную россыпью самоцветов черную трость, наставив её прямо на самого себя.

В следующую же секунду тело Клейна, словно карандашный набросок под безжалостным ластиком, начало дюйм за дюймом стираться с холста реальности, стремительно и бесследно растаяв на месте.

То была мощь «Сокрытия», позаимствованная у предводительницы аскетов Церкви Ночи, Арианны.

Поскольку воссозданная через «Звездный Жезл» сила «Сокрытия» заведомо и изрядно уступала оригиналу, а высящийся напротив злой дух козырял поистине заоблачным статусом, Клейн благоразумно не отважился применять этот фокус на «Темном Ангеле» Сасрире, избрав мишенью собственную персону.

Синхронно с его переходом в Сокрытие, Колин Илиад, сжимая в руках два прямых клинка утренней зари, виртуозно слился с тем самым тусклым светом, что озарял нутро теневого дворца.

Вокруг облаченного в расшитую серебряными нитями черную мантию «Темного Ангела» Сасрира одна за другой начали вспыхивать разящие серебристые дуги. Эти клинки обрушивались на злого духа с самых немыслимых ракурсов и флангов, сплетаясь в ревущий, устремленный ввысь ураган лезвий. При этом переродившийся в исполина Колин Илиад так ни разу и не явил себя воочию, ювелирно маскируя свою жажду крови и наглухо лишая врага возможности предугадать, откуда грянет следующий сокрушительный выпад.

Деррик Берг, наконец-то вынырнув из оцепенения, сноровисто соткал целую серию ослепительных, раскаленных добела «Копий Неомраченного», остервенело метнув их прямо в цель.

Под оглушительный треск часть этих световых копий разбилась о черные латы, выкованные из ауры Падения, а остальные наглухо аннигилировались, столкнувшись с многослойными серебристо-белыми электрическими сферами. И пускай нанести «Темному Ангелу» Сасриру подлинный, фатальный урон так и не вышло, этот шквальный обстрел всё же изрядно сковал движения мастодонта.