Бам!

Его парные клинки утренней зари синхронно, с влажным хрустом вспороли пустоту, обрушив ослепительный, разящий серебристо-белый шквал прямо на слившихся воедино Ловию и «Темного Ангела» Сасрира.

Услышав приказ предводителя, Деррик тоже не стал раздумывать ни секунды. До крови прикусив губу, паренек решительно раскинул руки в стороны.

Утопающий в первобытном мраке чертог вмиг озарился слепящим светом. Из ниоткуда вырос исполинский, объятый священным пламенем световой шар. Эта ревущая сфера безжалостно поглотила и «Темного Ангела», и Ловию, в мгновение ока воспламенив их плоть и начав стремительно испепелять обе цели дотла.

«Солнечное пламя»!

В недрах этого всесокрушающего, очищающего сияния в бледно-серых глазах Ловии проступила осязаемая, физически плотная агония. Её голос раскатился под сводами призрачным, ускользающим эхом:

«Я… никогда не предавала Город Серебра…»

Не успели эти слова затихнуть, как вгрызшаяся в Сасрира кровавая плоть вкупе с удушающей теневой мантией синхронно, гротескно раздулись.

Ба-бах!

Развороченное в мясо тело Ловии отшвырнуло прочь, словно тряпичную куклу, и оно с глухим стуком рухнуло на камни. Та самая густая тень разлетелась в клочья, осыпаясь невесомыми, призрачными лоскутами.

«Темный Ангел» Сасрир переродился в непроницаемо-черный, вязкий, до краев пропитанный леденящей аурой Падения «океан». Эта хтоническая пучина хищно заглотила и остатки разящих серебряных искр, и бушующее «Солнечное пламя», наглухо аннигилировав урон.

Секундой позже Он благополучно вернул Себе первозданный облик: всё тот же монументальный исполин, облаченный в роскошную черную мантию с серебряной вязью. Разве что призрачно-черные крылья за Его спиной изрядно поредели и поблекли.

Синхронно с этим очи Наместника Небес вновь налились золотом, а зрачки хищно сузились в вертикальные щели.

Ревущий, но при этом напрочь лишенный материальной плотности ураган взметнулся вокруг Него. Этот шквал, до краев набитый мириадами чужеродных воль и мыслей, с воем пронесся по каждому закоулку окутанного тенями чертога.

«Лишение разума»!

Только-только выкованное Дерриком «Копье Неомраченного» бесследно растаяло в воздухе, а сам паренек от леденящего шока намертво застыл на месте. Воля Колина Илиада была тверда как сталь, однако и в его разуме всколыхнулись первобытное безумие, жестокость и жажда крови — верные спутники неполной формы мифического существа. Старцу не оставалось ничего иного, кроме как бросить львиную долю духовных сил на подавление этой скверны, дабы не сорваться в бездну потери контроля. Клейн же, едва успев прийти в чувство и загнать вырвавшихся «Червей Духа» обратно под кожу, в ту же долю секунды угодил под каток этого сокрушительного удара по психике. Животный, парализующий страх прошил его тело мелкой дрожью, напрочь лишив возможности пустить в ход «Звездный Жезл».

Куда более плачевно обстояли дела у Ловии, чья плоть уже окончательно развалилась, а душа балансировала на самой грани тотального осквернения. Женщина в неистовых судорогах каталась по камням, щедро оставляя за собой лужи кровавой слизи.

В этот самый миг «Темный Ангел» Сасрир плавно вскинул левую руку. Золото в Его глазах померкло, уступив место двум ослепительным, раскаленным добела миниатюрным солнцам.

С небес один за другим начали обрушиваться пронзительные световые лучи, густо оплетенные священным пламенем. Разящие столпы били прямиком по Ловии, безжалостно стирая в порошок её душу и выжигая истерзанную плоть.

Аура женщины таяла с пугающей скоростью. Её бледно-серые глаза стремительно стекленели, навсегда утрачивая искру жизни.

Её обратившееся в кровавое месиво тело судорожно сжалось в комок. Мириады лишенных кожи, сочащихся багровой слизью рук мертвой хваткой вцепились в тот самый молочно-белый, неестественно крупный человеческий череп, благоговейно прижав его к «груди» и наглухо укрыв под собой.

Купаясь в испепеляющих лучах этого первозданного «света» и ревущем священном пламени, Ловия стоически застыла в этой гротескной позе. Она не позволяла себе пошевелиться ни на йоту, до смерти боясь обнажить реликвию и подставить её под фатальный удар.

Очередной ослепительный световой столп с грохотом рухнул с небес. Изувеченное месиво предательски подбросило от боли, однако женщина, бьющаяся в неконтролируемой крупной дрожи, так и осталась лежать, намертво свернувшись клубком.

Наконец, этот искореженный, омерзительный, копошащийся ком плоти замер навсегда. Наглухо облепив поверхность человеческого черепа, останки окончательно утратили малейшие признаки жизни, обратившись тусклым, безжизненным и выжженным прахом.