Искоса мазнув взглядом по слегка заторможенному Энъюни, он всучил болванчику зажатый под мышкой исполинский черный ключ. Дернув за ниточки, сыщик велел марионетке покинуть зал и, крадучись вдоль каменной балюстрады, проделать весь путь до самой монументальной и циклопической постройки в недрах «Двора Короля Гигантов».

Здешнее сумеречное сияние, казалось, обрело осязаемую, свинцовую плотность. Наглухо укрыв фасады дворца, оно источало столь сокрушительную, удушающую ауру увядания и тлена, будто всему мирозданию вот-вот суждено бесславно кануть в небытие.

По флангам чертогов высились башни: остроконечная с одной стороны и увенчанная куполом — с другой. Парадные врата, вымахавшие в высоту на добрый десяток с лишним метров, отливали свинцово-сизым оттенком и пестрели безупречно симметричной вязью таинственных сакральных символов.

А слева от щели между створками, на уровне добрых трех-четырех метров от земли, зияло непроницаемо-черное отверстие размером аккурат с кулак взрослого мужчины.

Энъюни застыл перед ним на пару долгих секунд. Медленно вскинув до боли напоминающий лиру массивный железный ключ, болванчик уверенно направил его прямиком в эту темную, бездонную замочную скважину.

Артефакт и скважина совпали настолько безупречно, ювелирно, что между ними не осталось ни малейшего, даже крошечного зазора.

Пока исполинский ключ неумолимо погружался в недра отверстия, Клейн, надежно укрывшийся в соседнем зале, наглухо затаил дыхание. Юноша натянулся как стальная струна, изготовившись в любую долю секунды оборвать поддержку собственной исторической проекции.

Глухой, сухой стук возвестил о том, что зажатый в руках марионетки ключ наконец-то достиг дна.

Металл внезапно размяк, словно воск, непостижимым образом намертво сплавившись с самой скважиной. Вслед за этим из нутра механизма одна за другой начали вырываться пульсирующие, серо-голубые вспышки света.

Вторя этому ритму, мириады сакральных символов, эмблем и витиеватых узоров на монументальных двустворчатых вратах тоже ослепительно полыхнули, обретая гротескный, выпуклый рельеф.

Вся эта лавина света стремительно сплелась воедино. С первобытной, свинцовой тяжестью навалившись на створки, она заставила сизо-синие парадные врата чертогов со скрежетом, мучительно медленно распахнуться.

Щель становилась всё шире и шире. Внезапно в остекленевших глазах Энъюни отчетливо отразился бурлящий, непроницаемо-черный, склизкий и насквозь иллюзорный океан.

«Дело дрянь…» — сердце Клейна тревожно екнуло, а духовная интуиция истошно, набатом взвыла о надвигающейся фатальной угрозе.

Не раздумывая ни доли секунды, он виртуозно перебросил свое сознание обратно в подлинное тело, наглухо обрубив мистические узы с выуженным из пор истории фантомом.

В следующее же мгновение мир перед его глазами померк. Левую половину головы прошила такая разрывающая, сокрушительная агония, словно кто-то безжалостно вогнал ему в череп раскаленный добела железный прут и принялся остервенело проворачивать его в мозгах.

Синхронно с этим по ушам ударило многократно наслаивающееся эхо неразборчивого, безумного шепота. Казалось, этот бред доносится прямиком из эпох, предшествовавших самой седой древности.

Лицо Клейна вмиг исказилось в нечеловеческой, пугающе гротескной гримасе.

Юноша еще с горем пополам цеплялся за жалкие остатки рассудка, вот только силенок удерживать свое подлинное тело в историческом осколке у него уже банально не осталось.

Абсолютно бесшумно он рухнул обратно в материальную реальность, вывалившись прямо в обитель стражей «Двора Короля Гигантов». Титаническим усилием воли Клейн послал мысленный импульс, вознамерившись немедленно катапультироваться в таинственные чертоги над серой мглой.

Благоразумно подстелив соломку перед столь самоубийственной авантюрой, он загодя, жонглируя всевозможными благовидными предлогами, подбил резидентов Клуба Таро вознести мольбы. Этот изящный маневр разбудил автономный алгоритм «призыва» самого «Замка Истока». И теперь сыщик мог играючи, в любую критическую секунду, выскользнуть из-под удара, напрочь минуя нужду отмерять те самые четыре шага против часовой стрелки и чеканить заклинания.

Вот только стоило его духовному телу лишь узреть ту самую пелену серо-белого тумана и уловить знакомое эхо истошных воплей, как Клейн физически ощутил глухое, непреодолимое отторжение со стороны «Замка Истока». Словно подчиняясь чьему-то чужому, властному приказу, Замок наглухо забаррикадировал перед ним врата!

«Какого дьявола…» — остолбенев от леденящего шока, Клейн воочию узрел, как некая непроницаемо-черная тень молниеносно пронеслась мимо него, устремившись прямиком к «Замку Истока»!

То был отнюдь не Амон. То была тень, чья аура и суть до пугающего безупречно, на все сто процентов совпадали с его собственными!

На чистых инстинктах Клейн ударил в ответ, послав мысленный импульс и наглухо забаррикадировав врата «Замка Истока».

И он преуспел: эту тень точно так же отшвырнуло прочь от серо-белой мглы.