То была незыблемая, леденящая печать искусственного бога Смерти.

А искусственный бог Смерти в нынешних реалиях де-факто приравнивался к самой «Богине Вечной Ночи»!

Оседлав этот козырь, Клейн твердо вознамерился виртуозно повторить тот самый грандиозный спектакль, когда Владычица Багрянца, пустив в ход труп «Бога Чести» Бладеля, вставила фатальные палки в колеса Амону, сорвав Его попытку узурпировать «Замок Истока».

Ради этой многоходовочки он загодя выследил в «Земле, покинутой богами» подходящую бестию призрачной природы. Взяв монстра в плен, юноша наглухо запер его в одном кармане вместе с белоснежными перьями, выуженными из исторического тумана — теми самыми реликвиями, что брали исток в проекте искусственного бога Смерти.

Пройдя сквозь горнило изматывающих экспериментов и специально слетав в Баклунд ради истовых молитв, Клейн добился своего. Этот призрачный дух наконец-то навел незримые мосты с рукотворным божеством, даровав «Богине Вечной Ночи» лазейку для прямого, пускай и низового вмешательства!

Глава 1246 Повиноваться велению сердца

Темный Демонический Волк, остервенело рвущий Рейнетт Тинекер, словно почуяв неладное, на долю секунды сбавил темп. Бестия повернула голову, устремив тяжелый взгляд на только что вынырнувшего из небытия «Мстительного духа».

Его и без того исполинские, занимающие добрых три четверти глазниц непроницаемо-черные зрачки хищно расширились. Казалось, монстр уловил некую до боли знакомую, но дышащую фатальной угрозой ауру.

В следующее же мгновение «Мстительный дух» плавно вскинула обе руки.

Таящая в округе «сила желаний» начала стремительно, с пугающей скоростью испаряться, уступая место возвращающейся божественности, чей ранг неумолимо взмыл до четвертой Последовательности. Синхронно с этим из земной тверди прямо под лапами Темного Демонического Волка хищно выпростались мириады бледных, призрачных рук. Сплетаясь в густой, копошащийся лес, они мертвой хваткой вцепились во все восемь конечностей Котара. Этот «Чудотворец» вмиг провалился в пучину могильной, леденящей стужи, на краткий миг напрочь лишившись возможности вырваться из капкана.

Улучив этот безупречный момент, Рейнетт Тинекер, чьи движения до этого сковывала легкая заторможенность из-за перехваченных «нитей духовного тела», стремительно налилась призрачной прозрачностью и бесследно растворилась в воздухе.

В бездонных, непроницаемо-черных зрачках Темного Демонического Волка тут же ослепительно-четко отразился силуэт госпожи посланницы. Облаченная в вычурное, мрачное платье, туго оплетенное зловещими лозами, и с распущенными златовласыми локонами, Она виртуозно завершила свою «Одержимость мстительным духом».

Движения Котара, гордо носящего титул «Бога Желаний», мгновенно наглухо окоченели. Левиафан словно деградировал из живой твари в безвольную, деревянную куклу.

Он отчаянно силился перехватить «нити духовного тела» Рейнетт Тинекер, дабы дать отпор «одержимости», вот только Его потуги то и дело безжалостно срывались под натиском тех самых бледных, могильно-холодных рук, что безостановочно плодила другая женщина-фантом.

Узрев эту картину, Клейн, ни на йоту не ослабляя контроль над закольцованными «нитями духовного тела», с нарочитой, натужной медлительностью вскинул «Звездный Жезл», намертво взяв на мушку ту самую черную бархатную «ширму», обернувшуюся плащом.

В его разуме ослепительной вспышкой вырисовалась нужная сцена.

Окружающий мрак внезапно ожил, потек густыми реками, словно тая в себе немыслимые, непостижимые секреты. В этой беспросветной мгле один за другим робко затеплились иллюзорные огоньки свечей, выхватив из темноты длинный стол, щедро уставленный окровавленной плотью.

По обе стороны от столешницы сгрудились три гротескно размытых человеческих силуэта. Сжимая в руках ошметки мяса, они с первобытной жадностью, чавкая, пожирали подношения.

В следующую же секунду вся троица синхронно повернула головы, устремив тяжелые взоры прямиком на тот самый полупрозрачный «занавес» из черного бархата.

Чудовищная, всепоглощающая тяга, источаемая «занавесом», оборвалась словно по щелчку. Артефакт в форме плаща безвольно завис в полувоздухе, будто напрочь запамятовав, кто он такой, чьим приказам подчиняется и что вообще должен был творить.

«Пир Предательства»!

Сказочная магия «Пир Предательства»!

Только что Клейн виртуозно пустил в ход не что иное, как ту самую сказочную магию, позаимствованную у «Отшельника» Катлеи. Её суть крылась в том, чтобы на краткий миг пробудить к жизни чужие артефакты или даровать им искру разума, спровоцировав их на акт откровенного «предательства»!

Подобный фокус являлся паранормальным талантом четвертой Последовательности, а потому в условиях подавляющего гнета «силы желаний» его активация была попросту немыслима.