Королевство Лоэн, графство Восточный Честер, недра небольшой лесной рощицы.

Орава крестьян из окрестных деревень гурьбой стянулась сюда, жадно обирая с древесных корней, трухлявых пней и колючего кустарника урожай диковинных грибов.

Если блюсти букву королевского закона, то и сами эти угодья, и всё, что на них колосилось, безраздельно принадлежало законной хозяйке — леди Одри Холл. Вот только затяжная, выматывающая жилы война, безжалостные казенные реквизиции провианта и взлетевшие в стратосферу налоги давно вынудили бедолаг наплевать на любые запреты. Страх перед карой мерк перед первобытной жаждой выжить, а когда на браконьерство шли всем миром, смелости у толпы прибавлялось в разы.

Разделяясь на юркие артели, они с пугающей сноровкой обносили лес. Свою добычу — усеянные золотистыми крапинками шляпки или те, что щеголяли прожилками, до боли напоминающими мясной жирок — крестьяне педантично делили на две кучи. Жалкие крохи приберегали на собственный прокорм, а львиную долю сгружали поджидающим на опушке скупщикам. Вырученные полновесные фунты шли на самое насущное: соль, грубое сукно и прочую бытовую мелочь.

Впрочем, палку эти браконьеры всё же не перегибали. Помимо грибов, они аккуратно обобрали лишь часть плодоносящих деревьев, благоразумно оставив лесникам долю, которой с лихвой хватило бы для официального отчета перед господами.

За какие-то пару-тройку часов крестьяне благополучно сбыли целые горы грибов и фруктов. Плотно набив карманы звонкой монетой и взвалив на плечи припасенный провиант, они с расплывшися в счастливых улыбках лицами потянулись обратно к родным хатам.

В их картине мира всё случившееся сегодня было исключительно их собственной, дерзкой инициативой, увенчавшейся безоговорочным, блестящим триумфом.

Щеголяющий густой бородой скупщик зерна тоже был на седьмом небе от счастья. Этот внезапный, свалившийся как снег на голову куш сулил ему баснословные барыши в нынешнем кипящем котле военного дефицита.

Подрядив рабочих, он сноровисто переправил весь этот обоз с грибами и плодами на загородную мануфактуру. Там добычу оперативно пустили в переработку, после чего плотно забили ею складские закрома.

Будучи прожженным, педантичным дельцом, он, расплатившись с батраками, не поленился самолично, дотошно проинспектировать ангары. Лишь удостоверившись, что всё в ажуре, делец собственноручно задвинул засовы и навесил тяжелый замок.

И в этот самый миг его взгляд зацепился за пухлую пачку ассигнаций, одиноко валяющуюся прямо на земле. Все до единой купюры красовались номиналом в полновесные десять фунтов.

«И когда это я, дьявол побери, умудрился обронить такой капитал?» — торговец, не веря собственной фортуне, суетливо согнулся в три погибели, жадно сгребая деньги.

Пересчитывая хрустящие банкноты, он внезапно поймал себя на кристально ясном воспоминании о происхождении этих средств:

Ну конечно же! Это та самая выручка, которую он только что сорвал, оптом сбыв грибной порошок, сушеные шляпки и цукаты!

— Воистину, жирный куш! — с бьющим через край, неподдельным удовлетворением крякнул бородач и, круто развернувшись, пошагал прочь от хранилища.

А тем временем в самых недрах запертого склада Одри, облаченная в изящное светло-голубое платье, виртуозно сбросила с себя покров «Психологической невидимости» и выудила на свет божий неприметный черный мешок.

То был не что иное, как «Вещмешок путешественника», который она предусмотрительно взяла в аренду у «Суда» Сио.

Юная аристократка, чьи золотистые локоны были небрежно заколоты на затылке, принялась с пугающей легкостью опрокидывать один туго набитый мешок провизии за другим прямо в бездонное чрево артефакта.

Безупречно зачистив закрома, девушка извлекла на свет увесистый фолиант в жестком медно-зеленом переплете, сноровисто перелистнув его на страницу, хранящую слепок «Телепортации».

То был знаменитый «Дневник путешествий Леймано», любезно предоставленный «Фокусником» Форс.

Весь этот грандиозный, безупречный спектакль, разыгравшийся на опушке и у склада, был от начала и до конца срежиссирован самой Одри из густой, незримой тени.

Перво-наперво, она щедро снабдила лесную фауну теми самыми быстрорастущими грибами, что передала ей леди «Отшельник». Заручившись поддержкой белок и барсуков, она «засеяла» спорами самые благодатные пятачки. Следом девушка виртуозно накрыла ментальным куполом крестьян из окрестных деревень, исподволь распалив их отчаяние и жажду выжить до такой степени, что животный страх перед каторгой рассыпался в прах. А уж тот факт, что зажиточный скупщик со своей артелью «совершенно случайно» набрел на эту золотую жилу — был лишь финальным аккордом её гениальной симфонии.