От подобного истового фанатизма Клейну стало откровенно не по себе. В памяти ослепительной вспышкой воскресла та самая леденящая агония, когда его безжалостно топило в ревущем океане бесконечных молний. Не найдясь с ответом, Владыка лишь снисходительно усмехнулся, так и не проронив ни звука.

«Повешенный» Элджер, тщательно взвесив слова, вновь взял инициативу в свои руки:

— Достопочтенный господин Шут, смею ли я узнать, каков пароль или заклинание, распахнущее врата на Западный континент?

«Я бы и сам до смерти хотел это выведать…» — «Шут» Клейн издал беззвучный, горький вздох, ответив вслух:

— Твое время для этого знания еще не пришло.

— Слушаюсь, господин Шут. — «Повешенный» Элджер благоразумно прикусил язык, отвесив глубокий, благоговейный поклон.

Едва его сознание благополучно низвергнулось обратно в материальную реальность, моряк пулей выскочил из своей палатки. Сноровисто собрав матросов, он под первыми, бледными лучами рассветного солнца повел отряд сквозь дебри. Спустя некоторое время они наконец-то вышли к тем самым древним эльфийским руинам.

Здешние пейзажи до леденящей жути, точь-в-точь повторяли всё то, что ему довелось воочию узреть в своих грезах. Пожухлые, мертвенно-желтые лозы наглухо укрывали прогнившие, обветшалые остовы деревянных строений. Кое-где из-под этого тлена сиротливо проглядывали выщербленные надгробия и каменные стелы. Сам воздух здесь, казалось, застыл густым, свинцовым киселем, красноречиво вопя о том, что нога человека не ступала в эти края целую вечность.

Скрупулезно, цепким взором прочесав округу, Элджер внезапно споткнулся об одну зубодробительную проблему.

А именно: случись ему и впрямь заручиться подмогой «Королевы Бедствий» и вскарабкаться на полубожественный престол, как, дьявол побери, он будет смотреть в глаза родной Церкви?

В открытую поднять мятеж и заделаться пятым, нет, шестым Владыкой Пяти морей? Вот только при таком раскладе путь к «Книге Бедствий» будет заказан навсегда. Разве что виртуозно срежиссировать какой-нибудь фатальный форс-мажор, вынудив церковников самолично расчехлить этот Запечатанный артефакт, который, вполне вероятно, пылится под грифом нулевого класса. И провернуть подобный финт будет не просто архисложно — мне кровь из носу придется самому вознестись до «Морского Царя», а то и вовсе до «Жреца Бедствий», чтобы вырвать хоть призрачный шанс на триумф… Хм, можно, конечно, подрядить на это дело господина «Мира»… А если я всё же вознамерюсь и дальше тянуть лямку в Церкви, мне волей-неволей придется выковать для них столь безупречный, железобетонный предлог, от которого они при всем желании не смогут отмахнуться… Сурово сдвинув брови, Элджер даже не пытался нацепить маску беспечности, позволив свинцовой тяжести этих дум отразиться на лице.

Впрочем, плетущиеся следом матросы истолковали эту мрачность по-своему: им показалось, будто капитан просто не доверяет этим руинам, чуя в них скрытую, смертоносную угрозу.

Пока мысли сумасшедшим вихрем неслись в его голове, Элджер мало-помалу нащупал вполне рабочий сценарий:

'Казенные архивы Церкви так и пестрят байками о счастливчиках, что умудрились обернуться полубогами благодаря каким-то диковинным авантюрам на стороне… Спору нет, добрых две трети из них оказались насквозь пропитаны скверной еретических богов да демонов, и в итоге бесславно испустили дух под инквизиторскими пытками очищения… Но ведь оставшаяся треть благополучно прошла сквозь это сито, усевшись в кресла старших дьяконов и кардиналов!

Ныне полыхнула полномасштабная мировая бойня, Лоэн трещит по швам от внутреннего и внешнего прессинга. Покуда за мной не всплывет никакой откровенной гнильцы, Церковь почти стопроцентно закроет глаза и с превеликим удовольствием бросит новоиспеченного полубога четвертой Последовательности на передовую в качестве элитного пушечного мяса… А уж потом я шаг за шагом, виртуозно и методично, верну себе их полное доверие…

Весь этот гениальный план зиждется лишь на одном железобетонном фундаменте: «Королева Бедствий» не должна втихую отравить меня Своей порчей или повесить на мою плоть какие-нибудь сокрытые маячки…

А памятуя о том, что в закромах Церкви пылится целая прорва всевозможных Запечатанных артефактов, мне кровь из носу надлежит загодя вымолить божественную благодать у господина «Шута»… Если верить откровениям мисс «Справедливости», те самые «Объятия Ангела» способны наглухо сбить с толку любые проверки и допросы, прощупывающие разум и сновидения…'

В те самые дни, когда резиденты Клуба Таро один за другим триумфально вскарабкивались на полубожественный престол или замирали в жалком шаге от него, Элджер всем нутром, до зубного скрежета не желал оставаться вечным аутсайдером на самом дне. Как и в былые времена службы в Церкви, он денно и нощно рвал жилы и лез из кожи вон исключительно ради того, чтобы возвышаться над серой массой. И ради этой амбиции он был готов без малейших колебаний шагнуть прямо в пекло фатальных рисков.