Зато, когда занятие закончилось, я не ушла, как все, а осталась – немного последить за Анной (отцу я заранее специально сообщила неверное время, попросив его приехать на полчаса позже, чем надо).

Вскоре она свернула в кафе на первом этаже, не дав мне возможности долго следовать за ней. Именно сейчас мне вспомнилось, как Тихон однажды сообщила таинственным голосом, когда у нас зашёл разговор об инопланетянах: «Иногда жители других галактик в образе людей проникают в наше общество». Я тогда поинтересовалась, можно ли опознать инопланетянина, на что Настя отвечала: «Увидишь – поймёшь. Ты сама почувствуешь!». С этой мыслью я приблизилась к ее столику и села напротив неё. Стул чиркнул ножкой о пол, и Задорожная взглянула на меня с таким лицом, которое могло бы стать воплощением этого скрипа.

- Приятного аппетита, Анна Георгиевна, – вежливо сказала я.

- Спасибо, – нехотя, словно преодолевая каждый звук, отозвалась та. И поскольку она не делала никаких попыток завязать беседу, мне опять пришлось брать инициативу в свои руки.

- Я на днях видела вас по телевизору… на канале «Культура»… Вот здоровская вы, правда?

Её красота гипнотизировала меня. Совсем дурой делаюсь…

- Спасибо. Но я хотела бы, если можно, посидеть молча. У меня устали голосовые связки.

Я сделала последнюю попытку заглянуть за стену высокомерия и равнодушия:

- Ну а я хочу, чтобы вы поговорили со мной.

- О номер! Ну что за детский сад, – холодно улыбнулась Анна, поднялась и взяла в руки поднос. – Как вы не поймёте: я действительно очень устала и не расположена беседовать за пределами аудитории. По крайней мере, сегодня.

Она ушла, а я осталась сидеть на месте. В ушах почему-то, как наяву, звучал тот её отчаянный крик из сна: «Помогите! Пожалуйста! Ну хоть кто-нибудь!»…

- Ну как она? – спросила Тихон, поджидавшая в туалете.

- Пока не поддаётся. Но терпение – всё будет.

В этот момент мне пришла эсэмэска от папы: «Елена, сильно задерживаюсь сегодня. Идите вдвоём. Позвони, когда будешь дома».

- Делать нечего – придётся тащиться пешком, папа не сможет за нами заехать, – повернулась я к Тихону. Та лишь вздохнула с сожалением: она обожает моего отца. Недавно сказала: «Если совсем ничего не получится, потерпи шесть лет. Тогда я выйду за него замуж и стану мачехой, которая ни за что тебя в обиду не даст».

Поворачивая с Литейного на Владимирский, прямо перед собой мы увидели Анну. Она шла быстрым шагом, словно торопилась куда-то.

- Наверное, к метро бежит… Может, её дома муж и дети ждут? Красавица ведь, – шёпотом предположила Настюшка.

Я неуверенно ответила:

- Всё, что можно изучить в соцсетях о ней, я изучила. Кучу интервью пересмотрела. Все страницы в Гугле внимательнейшим образом пролистала. Всякие отзывы о ней, обсуждения учеников… По блогам полазила… Нигде никаких упоминаний о семье. В базе данных жителей города и вовсе её не нашла…

- А ты старые базы глядела?

- Нет. А что?

- Ничего. Просто там тоже можно обнаружить кое-какие сведения.

Задорожная прошла мимо Владимирской и направилась дальше по Большой Московской. Она шла нашим маршрутом!

Мы с Настей, делая друг другу знаки глазами, поспешили за ней, стараясь не упустить её из виду. На углу Правды и Разъезжей Настя махнула мне рукой: здесь наши пути расходились. Я жестами дала ей понять, что всё расскажу.

На моей улице – Социалистической – Анна сбавила шаг. Я шла за ней, не веря своим глазам. Вдруг это опять сон? Тем более, что она притормозила около ворот моего дома.

Теперь я имела законный повод «раскрыться».

- Анна Георгиевна! Ещё раз добрый вечер! – пытаясь изобразить внезапную встречу, обратилась я к ней.

Задорожная обернулась. Мне показалось, что она в замешательстве.

- А вы… тоже здесь живёте?

Она поколебалась, но ответила:

- Да.

Тогда почему она не открывает ворота? Я достала ключи, нажала на электронный замок, и мы вместе зашли во двор.

Открыв дверь в свой подъезд, я поняла, что Анне сюда же.

- Анна Георгиевна… а вы тоже живёте в этой парадной? – не веря себе, прошептала я.

Что в этом такого? Нормальный вопрос. Но Задорожная почему-то не ответила; лишь молча вошла следом за мной. Привычным движением нащупала кнопку и включила свет в тёмном подъезде. Сомнений не оставалось: мы соседи! Иначе откуда ей знать, где выключатель?

- Вот это класс, – выдохнула я. – А вы на каком этаже?

Анна снисходительно улыбнулась:

- Ну что за бесцеремонность – задавать такие вопросы. Где вы воспитывались?

Я не выдержала:

- Во-первых, я учусь в седьмом классе, а не в детском саду. Во-вторых, я воспитывалась в интеллигентной семье! А в-третьих, я, например, не делаю тайны из того, где моя квартира, – я демонстративно подошла к нашей «сороковой» на втором этаже.

Что я опять такого сказала? По-моему, ничего особенного. Но лицо Задорожной в полумраке парадной выглядело так, будто я только что открыла ей тайну мироздания.