- Елена чрезвычайно способная для своих лет, – продолжала Анна. – Ты и сама видишь, что в Доме Дружбы тебе всё даётся быстрее других, Елена. Твои способности надо развивать. Какие ещё кружки ты посещаешь?

Я хотела ей сказать, что у меня всё спорится потому, что это она меня вдохновляет. Но вместо этого просто перечислила кружки… Анна осталась довольна:

- Ну, вот и хорошо. Вижу, твои родители просто супер. Тогда вопросов больше нет.

Вот он – удобный момент! Ничтоже сумняшеся, я выпалила:

- Мной занимается только папа, а мама помогает с того света… как принято считать.

- Тебе нелегко, – Анна набрасывала на плечи пальто, но, услышав мои слова, замерла. – Без мамы чувствуешь пустоту.

Пустоту! Это именно то, что ощущала я.

- Без мамы нелегко, – задумчиво повторила Анна. – Но ты держись.

- Спасибо за пожелание! Но я не держусь, я живу. Держится тот, кто боится упасть, – подбоченилась я; тут даже отец посмотрел на меня в крайнем изумлении, а я, не особо раздумывая, ляпнула:

- А ваша мама… жива?

- В некотором смысле, – поколебавшись, ответила Анна.

Интересно, что это значит? Зомби она, что ли? Отец тоже слегка дёрнул бровями и удивлённо поморгал – но расспрашивать не стал.

- Анна Георгиевна нас с Настей несколько раз провожала до дома, когда ты не мог нас встретить, – решилась я открыть папе ещё одну карту.

- Да что ты! Спасибо вам, – мне показалось, отец действительно ей благодарен. – Вы провожали Елену по моей вине, так что сегодня мы проводим вас.

- Спасибо, но в этом совершенно нет необходимости, – с вежливой улыбкой отказалась Анна.

- Моя скрытная дочь намекала, что вы практически наша соседка? В чём же вопрос? Мы вас обязательно подвезём.

- Ну пожалуйста, Анна Георгиевна! – просительно сказала я. – Иначе нехорошо получается: вы нас провожали, а мы вам даже не можем отплатить добром.

- Провожать нужно детей, а взрослые способны и сами добраться.

- Где вы живёте? – прямо спросил отец. – Что если однажды эти разгильдяйки опять потащат вас их провожать? Я и так вам обязан.

- И вы мне тоже обязаны, – напомнила я. – Обязаны компенсировать пять минут своего опоздания!

Анна уступила. Оказалось, мы и впрямь соседи: её дом близко – на улице Жуковского, между станциями метро Площадь Восстания и Маяковская. Мы доехали буквально за десять минут… И за всё это время папа с Анной не обмолвились ни словом, хотя сидели рядом в машине. Но, как говорила Настька, – не всё сразу! Начало положено.

…- Что скажешь о ней? – набросилась я на папу, как только мы вошли в квартиру.

- Лично мне в такой красоте чудится что-то зловещее, – поделился отец. – И её оригинальная манера… Ты заметила? Твоя Анна Георгиевна грубоватая, но женственная; болтливая, но сдержанная. Красота, да ещё этот её чёртов ум… Вернее, даже не ум, а то, как она преподносит его на лекциях. Это же просто театр одного актёра! Думаю, от таких женщин лучше держаться подальше.

- Ну ты и дурак, – в сердцах сказала я. – Уродливая дура для тебя в самый раз будет. Интересно, все мужчины сейчас так рассуждают? Тогда неудивительно, что она одинока.

Отец в задумчивости посмотрел на меня. Кажется, он даже не услышал, что я назвала его дураком.

- Признайся: она произвела на тебя такое же впечатление, как и на меня.

- Признаюсь. Я не ханжа. Она производит колоссальное впечатление. Её лекция – это просто вынос мозга, выражаясь современным языком.

- Только не вынос мозга, а внос, – поправила я. – Так как на лекции мозги усиленно развиваются.

- Это бесспорно. Просто таких сильных впечатлений боишься и избегаешь, вот и всё. Потому что за подобным обычно стоит очень сложный и необычный человек. А сложностей и так хватает. Особенно мне. Мне нужно тебя до ума довести, и никаких сложностей я больше не хочу, – подытожил папа.

Я умоляла судьбу помочь мне, но на такую быструю помощь, признаться, даже не рассчитывала… Не успела я спланировать и подстроить следующую встречу отца и Анны, как уже через день, то есть в пятницу, отец прибыл в Дом Дружбы раньше времени и ждал нас с Настей внизу в вестибюле. Мне же в тот день приспичило задержать Анну после занятия:

- Анна Георгиевна… Случилась одна странная вещь.

- Да, Елена? Что такое?

- Я узнала, что вы раньше… в нашей квартире жили, – чувствуя, как полыхает моё лицо, проговорила я. – Вы оттого там до сих пор бываете? Вы скучаете по этому дому?

Анна казалась одновременно и растерянной, и расстроенной, и рассерженной. Не зная, какое из испытываемых чувств ей предпочесть, она не успела сориентироваться, и – наверное, от неожиданности – ответила откровенно:

- Скучаю. Как ты узнала?

- Старые базы данных…

- Проклятый Инет, – пробормотала Анна. – А тебе что – делать больше нечего, кроме как в интернете шарить? Занялась бы лучше делом.

Вот тут-то от Настьки и пришло эсэмэс: «Твой папа внизу, прикинь. Веди Анну».