— Такая мокрая, гораздо мокрее, чем твой рот. Как это возможно? — бормочет он, всё быстрее водя языком вокруг входа, жадно и снова и снова целуя его губами. — Вот откуда я должен пить, вот откуда я должен пить всегда.

Мои бедра дергаются, левая нога брыкается — я дрожу от ощущений, вызванных его языком, и от резких приливов и отливов его темпа. Это хаос, но он и сам — хаос.

Обоими большими пальцами Сефер раздвигает мои губки, не оставляя для своего взора никаких тайн. Приподнимается и смотрит на меня сверху вниз, на всю меня, властно блуждая по мне горячим взглядом. С растущей в глазах темной похотью он проводит пальцами по моим скользким бокам к центру, пробуя его кончиками.

— Моя вагина, — шепчу я, задыхаясь, то поджимая стопы к нему, то отстраняя их. Не знаю, почему я говорю это так, будто отвечаю на невысказанный вопрос, просто говорю. — Это туда твой...

— Я знаю, как трахаться, — фыркает он, и его дыхание обдает меня жаром, заставляя дергаться и выгибать спину, борясь с путами его щупалец. Но его голос звучит глубоко и насмешливо, когда он добавляет: — Я только знакомлюсь.

— Сефер, пожалуйста, — я дергаю бедрами, лишь наполовину вслушиваясь в его слова, отвлеченная его исследующими касаниями, тем, как подушечки пальцев по-разному перекатывают и пощипывают мой клитор. — Мне нужно двигаться...

Это пытка. Я пытаюсь прижать свои бедра к нему, но он не дает мне пощады, полностью сосредоточившись на новой игрушке перед ним: моей киске.

Его рот приникает ко мне, а руки скользят назад, обхватывая ягодицы и сильно сжимая их, пока он одновременно вонзает язык глубоко внутрь. Мои ноги бьются, за веками взрываются фейерверки. Я кричу от этого внезапного вторжения, от грубого напора его языка, который воспламеняет меня удовольствием. Он раскрывает меня ладонями, пока его рот усиливает давление, а губы плотно смыкаются вокруг входа. Сжимаясь вокруг исследующего, пронзающего стержня его языка, я чувствую, как все четыре конца его щупалец скользят по моей коже.

Жестко трахая меня языком, Сефер облизывает внутренние стеночки, кряхтя и слегка посасывая губами. Пока он ввинчивается в меня, два его щупальца обвиваются выше вокруг моих ног и коленей, в то время как другие два скользят по груди, проскальзывая между ними. Концы первых двух достигают моих стоп и сжимаются вокруг них, а вторая пара начинает прощупывать и скользить по моему заду и клитору, и я содрогаюсь всем телом, подавленная мириадами ощущений.

Дрожа, я вцепляюсь в края ванны, пока мое нутро сжимается всё сильнее и быстрее. Пронзительные, электрические разряды гудят во мне, и меня начинает слегка бить в конвульсиях; ногти скребут по стенке ванны, а тело каменеет и вытягивается. Голова идет кругом от наслаждения — его язык, пальцы и щупальца ласкают каждую нервную точку одновременно.

Я трепещу, покоряясь этому. Хватка Сефера на мне только усиливается.

Он глубоко проникает внутрь и жадно проходит языком по неровной стеночке моего самого чувствительного места. Крик вырывается из моего горла в ту секунду, когда его язык с силой упирается в него.

— Сефер! — кричу я. Свет вспыхивает подо мной и надо мной, разрываясь наружу запахом дыма и огня. Наслаждение каскадом обрушивается в неистовых взрывах, мои ноги вскидываются и падают обратно, сгибаясь над его плечами. Напрягаясь, я приподнимаюсь из ванны прямо на его лицо, с силой вжимаясь бедрами в него, пока всё вокруг содрогается.

Он дергается в ответ, его глаза закатываются. Схватившись за его рога, я кричу еще раз, пока экстаз продолжает нарастать и разбиваться волнами, а мое тело наполняется сверхъестественной силой.

В один миг он исчезает, и меня откидывает на пол. За глазами вспыхивает белый свет, а затем — пустота.

Глава 11

Серый закат



Грейс

Мышцы всё ещё дрожат после такого мощного разряда, и я стону, поднимаясь и оглядываясь.

— Сефер?

Перемещаюсь на четвереньки, выглядываю в дверь и в спальню.

Пусто.

— Сефер? — зову я громче и медленно поднимаюсь на ноги. Схватив с пола промокшее, мятое платье, я встряхиваю его, разворачиваясь и снова окидывая взглядом каждый угол. — Сефер? — произношу его имя тише.

Его нет.

Потирая голову ладонью, опускаю плечи и смотрю туда, где он был.

С тихим вздохом я натягиваю испорченное платье на плечи и расправляю по груди, уже скучая по белью. К тому моменту, как я заканчиваю, ванная по-прежнему пуста, и Сефер не возвращается.

В комнате становится слишком тихо для моего спокойствия, и настроение с каждой секундой делается всё тоскливее.

Я снова складываю полотенца, спускаю воду из ванны и поправляю декор.