— Заткнись, — стону я, меняя положение и пробуя снова под другим углом, используя пятки для рывка. Согнувшись, как столетняя карга, я могу тащить его по шагу вправо, разворачивая. Его хвост напрягается мышцами, подстраиваясь под мои движения. Когда он, наконец, оказывается повернут в сторону, в которой я смогу дотащить его до ванной, я уже задыхаюсь. — Да пошло оно всё. Просто вернись туда, откуда пришёл, — я отпускаю его и ставлю руки на колени. — Ты же вне этого чёртового круга!

Он кашляет.

— Не могу. Слишком слаб. Мне нужна вода.

На этот раз, когда я поднимаюсь, чтобы сходить за стаканом, он хватает меня за юбку, останавливая. Опустив на него взгляд, я понимаю, что его глаза открыты и смотрят мне в лицо.

— Поцелуй меня — и я уйду. Этого будет достаточно.

Я уже собираюсь сказать «нет», но замираю.

Мой взгляд опускается на его губы, приоткрытые ровно настолько, чтобы между ними виднелись клыки. Я вспоминаю его рот, его требовательный язык, забирающий из меня каждую каплю влаги. Пытаясь оставаться достаточно собранной, чтобы тело не отреагировало.

— Ты не можешь просто уйти? — шепчу я. — Теперь, когда круга больше нет?

Он слегка улыбается, и, хотя улыбка слабая, она очаровывает меня своей порочной гранью, и тело реагирует, несмотря на мою решимость оставаться невозмутимой. Он просто слишком красив.

— Где же в этом веселье? — спрашивает он с довольным блеском.

Мой рот открывается и закрывается, пока я выдёргиваю платье из его руки.

— Это не было частью сделки, — я разворачиваюсь, чтобы уйти.

— Подожди!

В его голосе звучит нотка отчаяния, которой не ожидала; я останавливаюсь.

— Что теперь?

— Мне правда нужна вода, чтобы уйти, — говорит он, откидывая голову назад и закрывая глаза. — Я никогда про это не лгал.

Я вздыхаю.

— Но потом ты уйдёшь?

Один глаз прищуренно открывается и смотрит на меня.

— Да, — говорит он со всей серьёзностью. — Если ты доведёшь меня… до того места, куда ты меня тащишь, к воде… — его глаза плывут в сторону ванной, — …я обещаю, я уйду.

Я решаю ему поверить. Честно говоря, выбора у меня нет. И мы уже достаточно близко, чтобы он мог исчезнуть в ближайшие пару минут.

Наклонившись, я поднимаю его снова и тащу — по дюйму за раз — оставшийся путь до ванны.

Глава 9

Купальные желания



Грейс

Затащить Сефера в ванную оказывается еще труднее, чем просто развернуть его. Я раз пять падаю назад и едва не напарываюсь на его рога каждый раз, когда наклоняюсь, чтобы подтянуть его. Оказавшись внутри тесной комнатки, мне приходится ждать его помощи, чтобы он сам завел свой хвост внутрь и втиснул его в узкое пространство.

Какой же это кошмар.

Откинув волосы назад, я распускаю хвост и перевязываю его заново, глубоко вздыхая и наблюдая за тем, как он в недоумении извивается.

Его плавники мелькают перед моим лицом, опрокидывая настольное зеркало на тумбе; я отступаю на шаг, чтобы уклониться. Плавники расправляются вдоль стены, пока он втискивается глубже, по пути сминая висящие полотенца и сбивая картины с крючков.

Глядя на упавшие полотенца, я замечаю тень ухмылки на его губах и озорной блеск в глазах.

Стиснув зубы, я снова подхватываю его под руки и тащу к ванне, бесцеремонно бросая его там.

— Остальное сделаешь сам, ты, большая вредная туша.

Он кряхтит, ударившись о пол, и ухмылка исчезает с его лица. Схватившись рукой за край ванны, он смотрит на меня, и улыбка возвращается.

— Ты находчива и сильна. Я в восторге от тебя, маленькая ведьма.

— А ты доводишь меня до белого каления, демон-тритон, — фыркаю я, прислонившись к стене рядом с унитазом и пропуская волосы сквозь пальцы. — Я не маленькая ведьма. Я Грейс, просто Грейс.

— Да, но ты также нечто гораздо большее.

Я моргаю, глядя, как он перебрасывает тело через край ванны. Его бицепсы вздуваются, мышцы напрягаются под бархатистой кожей и черным хвостом, демонстрируя свою мощь. Когда он оказывается внутри и опускает торс в воду, я пытаюсь отвести взгляд, чтобы не нарушать его личное пространство, хотя это трудно, когда видишь, как вода плещется вокруг его члена.

— Большее? — я пристально смотрю на него, вспоминая то, о чем забыла раньше. — Я думала, демоны не называют свои имена. Разве это не опасно?

Он ведет плечами, устраиваясь в ванне.

— Меня не заботит, что делают другие. Так или иначе, я открыл свое имя тебе и рассчитываю, что ты сохранишь его в тайне. Опасно ли это? Зависит от обстоятельств. Ты могла бы легче призвать меня, зная мое истинное имя, — это верно, но, увы, я и так уже здесь. Не говори его больше никому, — предупреждает он.

— Я… — я замолкаю и вглядываюсь в его лицо, все следы дьявольского веселья сменились смертельной серьезностью. — Я не скажу. Зачем же было называть его мне, раз это проблема?

— Мне не понравилось, когда меня назвали «демоном-тритоном», это звучит оскорбительно.

— Демон-тритон, — тут же повторяю я.

Он награждает меня ровным, не впечатлённым взглядом, заканчивая погружение в воду.