Его глаза распахиваются, когда он тянется за моими губами, но обнаруживает, что я отодвинулась еще дальше.

Освободив его губу, я хочу что-то сказать, но из его горла вырывается рык; он буквально вышвыривает меня из ванны, только чтобы тут же приподняться, извернуться подобно змее, втащить меня обратно и прижать к самому дну. Вода разлетается брызгами, когда я падаю, окончательно пропитывая платье и тело. Вскрикиваю, но звук едва успевает сорваться с губ, как он уже нависает надо мной, упираясь руками по обе стороны от моей головы.

— Хватит дразниться. Я хочу большего. И теперь я это получу. С меня хватит ожиданий.

Он тянется вниз, хватает мокрую ткань платья и тянет его вверх по телу. Кожа покрывается мурашками, пока он сминает свободную ткань руками, обнажая промокшее белье.

— Сефер, — произношу я, прерывисто вздыхая в предвкушении.

Он собирает юбку в руках, и я помогаю ему снять платье через голову. Он сминает ткань в комок и выжимает над собой, откидывает голову назад, приоткрыв губы, и жадно пьет стекающую воду, облизывая губы, когда падают последние капли.

Я смотрю на него с открытым ртом, пока его внимание снова не переключается на меня. Его мимолётный, оценивающий взгляд заставляет мои щеки вспыхнуть румянцем.

Я пытаюсь сесть в воде, но он возвращается и нависает надо мной, награждая предостерегающим взглядом.

— Я поймал свою добычу. Твой шанс сбежать упущен. Теперь перед тобой только я и мои прихоти.

Напуганная, но возбуждённая настолько, что внутри всё полыхает, я могу лишь кивнуть.

Глава 10

Сила воли



Грейс

Его разгоряченный взгляд смягчается при моем согласии, и, добровольно опускаясь в остатки воды в ванне, я расстегиваю лифчик, снимаю его и протягиваю ему.

Его глаза скользят по моей груди и соскам, а по коже пробегают мурашки. Я хочу, чтобы ему понравилось то, что он видит, несмотря на все наши различия. Его любопытный, голодный взор впитывает мой вид, и в этот момент я больше всего на свете хочу знать, о чем он думает.

Его внимание переключается на лифчик. Изучив чашечки в своих руках, он окунает их в воду, отпивая ту каплю, что каждая из них способна собрать. Он проделывает это несколько раз, прежде чем выжать лифчик точно так же, как до этого платье, окончательно его испортив.

«Я знаю его всего несколько часов, а он уже готов пить воду из моей ванны».

Покончив с лифчиком, он отшвыривает его в сторону и снова смотрит на меня, опуская взгляд на мое белье.

Мое тело сжимается в ответ, пальцы ног подгибаются, зубы стискиваются.

Конечно, ему нужны мои мокрые трусики.

Но он не ждет, пока я их сниму. Он забирает их сам.

Погрузив руки в воду, он тянется вниз и хватает их по бокам.

— Теперь это, — рычит он. Его пальцы цепляют и рвут ткань, сдирая трусики прямо с меня, вместо того чтобы стащить их вниз по ногам. Он тут же сминает их в кулаке и подносит ко рту; всё его тело вздрагивает, когда ткань касается губ и носа. Он крепко зажмуривается, пока пальцы сжимают клочок ткани, и снова откидывает голову назад.

Выдавливая из них воду, он заглатывает каждую последнюю каплю. Затаив дыхание от его интенсивности и подлинной первобытности, я возношу короткую молитву о том, чтобы не оказаться в Аду за всё это.

Скользнув пальцами между ног, я застенчиво касаюсь себя, готовясь, пока он натирает моим бельем всё лицо. Стоит мне сделать пару движений, как он отшвыривает ткань в угол; его лицо влажное и блестит.

Я замираю, когда его взгляд прослеживает за моей рукой туда, где пальцы ласкают клитор.

Он облизывает губы, и мои глаза расширяются.

— Это я тоже заберу, — рокочет он, хватая меня за колено и разводя ноги, перекидывая одну через край ванны и разворачивая меня к себе.

— Что? — ахаю я. Пока мои ладони скользят и мажут по поверхности в поисках хоть какой-то опоры, он с легкостью заканчивает мой разворот, вскидывает мои бедра вверх и устраивает их широко на краю, выставляя мои самые сокровенные, чувствительные места на его обозрение. Вскрикнув от шока, я пытаюсь удержаться над водой и одновременно сомкнуть ноги, но его щупальца поднимаются, чтобы держать меня раскрытой, пока сам он упирается руками в края ванны.

Он ныряет мне между ног.

— Сефер!

Его язык несколько раз слизывает всё снизу вверх. Я дергаюсь, ноги брыкаются, удовольствие и смущение одновременно вспыхивают во мне.

— Сефер, — снова вскрикиваю я, уже чуть менее возмущенно, когда он раздвигает мои половые губы пальцами и проводит своим кошачьим языком по складочкам.

— Восхитительно, — стонет он в меня, и, хотя мои плечи почти лежат на дне ванны, а волосы распустились и запутались в воде вокруг, я содрогаюсь от наслаждения.

— Скажи это еще раз.

Он замирает возле моего лона и толкает язык вперед, дразня кончиком, тычась в мой вход.

— Восхитительно, — повторяет он.

Я стону, млея от его комплимента, трепеща от восторга.