— Ты правда здесь живешь? — её голос звучит твёрже. Я могу лишь догадываться, что часть её страха сменилась любопытством.

— Да.

Она отводит взгляд от меня и осматривается. Мой же взгляд падает на её мокрое платье, облепившее тело, с которого капает на блестящие ноги. Я сглатываю слюну и облизываю губы.

— Это... не так страшно, как я представляла себе Ад.

— Ты, маленькая ведьма, здесь не для наказания, — я ухмыляюсь ей. — Разве что... ты сама этого захочешь. Хотя те, кто попадает сюда, наказываются водой, а не мной.

Грейс оборачивается, и её глаза на мгновение опускаются к моему члену под водой. Густой жар расцветает на её щеках в ответ, и она плотнее сжимает ноги. Внезапно всё, чего я хочу — это раздвинуть их и снова скользнуть своим языком между ними.

Во рту пересыхает, слюна испаряется от нужды в чем-то лучшем, чем-то более вкусном. Это воспоминание преследует меня с тех пор, как её фонтан хлынул на мой язык, а её человеческие складочки сжимали его, словно член. Будь моя воля, она бы уже снова сжимала его.

— Э-эм, я не хочу, чтобы меня наказывали, — она начинает делать еще один шаг в сторону, и я резко подаюсь вперед, хватая её руками за бедра.

— Нет, но мы закончим то, что начали, — и я не позволю твоему телу снова изгнать меня, — предупреждаю я, усиливая хватку, когда она напрягается и издает тихий звук. — Я заставлю тебя обвиться вокруг моего члена, избавляя от ноющей боли, которую ты причинила. У действий есть последствия, моя милая Грейс, особенно у ошибок. И в последнее время ты совершила их немало, — мои глаза опускаются к её паху, где, я знаю, за платьем скрыта восхитительная киска.

Её тело напряжено под моими руками, она хватается за мои рога, как за рукоятки.

— Так вот что произошло тогда? Я отправила тебя обратно сюда?

Я наклоняю голову и вскидываю бровь.

— А ты что думала?

— Я почувствовала запах дыма и статики. Было ярко, и моё тело свело судорогой, как будто ударило током, но больно не было... — она отпускает рога и потирает левую бровь рукой. — Только когда я упала. Я думала, что могла ранить тебя или хуже, но ты просто... исчез.

— Ты отправила меня обратно туда, где я был, когда ты разбила мою печать и призвала меня, только и всего. Мне потребовалось время, чтобы найти тебя.

— Значит, ты не был ранен?

Я смеюсь.

— Ой, прекрати, — она фыркает и снова обхватывает пальцами мой рог, слегка сжимая, что, как я обнаруживаю, мне весьма приятно. — Такое уже случалось раньше.

Я приподнимаюсь выше в воде, чтобы вглядеться в её лицо, что, к сожалению, заставляет её отпустить меня. Возле её левого виска начинает проступать небольшой синяк.

— Но ты была ранена? — спрашиваю я, протягивая руку, чтобы убрать её волосы и обхватить щеку, осторожно лаская край синяка подушечкой пальца. Она пытается оттолкнуть мою руку.

— Это пустяки.

Вид этого пятнышка напоминает о том, как она хрупка, как легко ей причинить вред. В то время как всё моё тело могло бы дезинтегрировать, и я бы всё равно восстановился, она проклята смертностью. Она также неизмеримо слабее меня, настолько, что я мог бы убить её так же легко, как одного из чудовищных змеев, обитающих в самых тёмных глубинах. Убрав руку от её лица, я надрезаю ладонь клыком и протягиваю ей свою кровь.

— Пей. Это исцелит тебя.

Она бросает взгляд на мою руку и качает головой.

— Фу, нет. Всё само пройдет.

Размазав кровь по своим губам, я рывком притягиваю её к себе. Она ахает и снова хватается за меня как раз в тот момент, когда я накрываю её рот своим и проталкиваю язык между её разомкнутых губ, заставляя её принять мою кровь, одной капли будет более чем достаточно, чтобы помочь. Я отстраняюсь, когда дело сделано, и она быстро вытирает рот тыльной стороной руки, скорчив гримасу.

— Гадость, Сефер!

— Я не допущу, чтобы тебе было больно. В следующий раз забудь об отказах и принимай то, что я предлагаю, свободно и с радостью. Это редкость.

— Что ты со мной сделал?!

— Я дал твоему телу силу, которой у него не было. А теперь я закончил разговоры, — рычу я, чувствуя, как нетерпение пожирает меня изнутри. Внезапно я отчаянно хочу обладать ею целиком. Схватив лиф её платья, я разрываю его ровно посередине, обнаруживая, что под ним она обнажена.

Она вскрикивает, очаровательно задыхаясь, и упирается в меня, раздвигая ноги на песке под моим натиском.

— Сефер!

Я ныряю низко и снова резко поднимаюсь, прежде чем она успевает среагировать, вжимаясь лицом между её ног, прижимаясь ртом к ложбинке её лона. Она снова вскрикивает, её руки ищут опору, пока она пытается отступить, но при этом не выпускает меня из хватки.

Я подхватываю её под ягодицы, приподнимаю и укладываю на возвышающуюся песчаную отмель. Она быстро приподнимается на локтях, выныривая из влаги со всплеском и ещё одним резким вдохом, её длинные волосы рассыпаются в воде позади. Она моргает, стряхивая капли, и выгибает тело. Слабо взмахивает одной ногой.