— Может, мы могли бы расстаться, — говорит Кэт. — На балу я могу бросить Маверика и сказать, что нам лучше оставаться друзьями. Тогда смогу пойти в свою комнату и зависнуть с Беннетом.

— И пропустить бал? — спрашивает Ева.

— Да, — говорим мы с Кэт хором. После всех убийств у нас, очевидно, одно и то же на уме: горячий душ и горячий секс.

— Не хочу быть занудой, — говорит Маверик, — но Кендра и Эзра вложили много сил в бал. Думаю, вы должны хотя бы прийти.

— Ненавижу это признавать, но он прав. Эзре будет всё равно, но Кендра захочет, чтобы ты была там, — убираю волосы с ее глаз, чтобы она видела, насколько я серьезен. — Сдержусь, и если видеть тебя с Мавериком станет слишком тяжело, вернусь в комнату и посижу с твоим тупым котом, пока не закончишь с балом.

— Может, до этого не дойдет, — говорит Ева. — Нам в основном просто нужно отвлечь Кендру. Я могу это устроить, и уверена, Эзра…

Качаю головой.

— Эзра не хочет участвовать ни в каких интригах, и если бы ты знала Кендру немного лучше, тоже не захотела бы.

— Не впервые буду у кого-то в немилости, — Ева пожимает плечами, — но не думаю, что Кендра отреагирует так, как все ожидают. Маверик, ты с нами? — она поворачивается к нему.

— Я полечу прямо в Техас отсюда, так что будет неважно, если Кендра на меня разозлится, — говорит Маверик.

— И Рози тоже поможет, — добавляет Кэт. — Грим делает всё, что она скажет, так что это еще два человека на нашей стороне.

Если так подумать, может, это и осуществимо.

— Кэт, у меня есть идея! — говорит Ева, но прежде чем успевает объяснить, мы выходим на поляну в начале охотничьих угодий. Она наклоняется к Кэт, шепчет что-то на ухо, затем бежит к Кендре и Эзре, которые стоят у арсенала.

Улыбка расплывается по лицу Кэт, и она смотрит на меня.

— Забери меня из комнаты Евы за час до вечеринки. Не опаздывай.

Прежде чем успеваю задать вопрос, она убегает поприветствовать подругу.

Стоя у двери Евы, с трудом делаю вдох, и дело не только в черной бабочке, затянутой вокруг горла ...

Стоя у двери Евы, с трудом делаю вдох, и дело не только в черной бабочке, затянутой вокруг горла. Впервые в жизни у меня мандраж перед свиданием.

Вытираю вспотевшие ладони о черные брюки, затем смотрю в зеркало рядом с дверью. Мои волосы остаются на месте, благодаря лаку – Эзра настоял, чтобы я воспользовался им. Снова поворачиваюсь к двери и поднимаю кулак, чтобы постучать.

— Подожди, — шепчет Маверик. — Ты забыл кое-что.

Он втискивает мне в руки кое-как составленный букет. Мы соорудили его по пути, хватая случайные цветы из ваз, мимо которых проходили по дороге к комнате Евы. Не знаю, назвал бы я это красивым, и пахнет увядающей растительностью, но, возможно, Кэт оценит жест.

С увядающими цветами, прижатыми к груди, снова поднимаю руку и стучу. Секунды спустя дверь распахивается.

Ева стоит перед нами в ослепительном серебряном платье, волочащемся по полу. Тонкие бретели спадают с плеч и перекрещиваются на спине, когда она поворачивается, чтобы провести нас в свою комнату.

— Кэт наносит последние штрихи в ванной, — говорит она. — Скоро выйдет.

Хрущу шеей, чтобы снять напряжение, стягивающее позвоночник в несгибаемую линию. На ладонях снова выступает пот, и я передаю букет Маверику, чтобы вытереть их еще раз.

— О боже, как мило, — шепчет Ева. — Это была твоя идея?

Я закатываю глаза и снова забираю букет у Маверика.

— Да.

— Дай-ка взглянуть, — она выхватывает букет у меня из рук и скользит к прикроватной тумбочке. Выдвинув верхний ящик, копается внутри и достает несколько цветных ленточек из темноты. Ева кладет цветы на кровать, затем изучает, как цвета сочетаются с бутонами.

— Розовый – ее любимый, — шепчу я.

Ева и Маверик медленно поворачиваются и смотрят на меня.

— Что? Она постоянно носит этот цвет, я заметил.

— Ты действительно серьезно влип, — говорит Ева с улыбкой, выбирая розовую ленту и обвязывая ею стебли. — Я так рада за Кэт.

Я бормочу «спасибо» и выхватываю цветы у нее из рук. В этот момент дверь ванной открывается, и Кэт выходит в комнату.

Если кто-то и говорит, я этого не слышу. Ничего не слышу, когда Кэт идет ко мне в бледно-розовом платье. Мерцающий атлас облегает ее тело. С обеих сторон идут разрезы, открывая потрясающие ноги с каждым шагом. Прозрачные стразы сверкают на талии, ловя свет и отбрасывая радугу ослепительных цветов на потолок и пол.

— Черт возьми, — шепчу я. — Ты никогда не выглядела такой красивой, как сейчас.

Я протягиваю руку, и она скользит пальцами по моей ладони. Когда притягиваю ее к себе, мне плевать, что у нас есть зрители. Даже если они потом попрекнут меня моими же нежными словами, мне всё равно. Если не поцелую эту женщину прямо здесь, прямо сейчас, взорвусь изнутри. Это моя главная забота на данный момент.