— Не вижу причин отказывать. Добро пожаловать на борт.

Гребанное дерьмо.

Мы с Беннетом отстаем от Евы и Маверика, бредя через густые заросли и сугробы, местами доходящие ...

Мы с Беннетом отстаем от Евы и Маверика, бредя через густые заросли и сугробы, местами доходящие до колен. День еще только начинается, так что солнце изо всех сил пытается пробиться сквозь облака и осветить нас. Но температура по-прежнему мерзко холодная. По крайней мере, вид того стоит.

Смотрю на Беннета. Он тоже делает дерьмовые стороны этой поездки стоящими. Даже если сейчас зол.

Раздражен, что я позволила Еве пойти с нами. Это видно по тому, как он держит руки в карманах и смотрит куда угодно, только не на меня. У меня не было выбора, и я сделала всё возможное, чтобы сгладить ситуацию. Когда мы выходили, сказала Еве, что мне нужно поговорить с Беннетом о нашем перемирии – наедине. Так нам удалось оторваться от них хотя бы на несколько метров.

Беннет замедляется еще больше, и я подстраиваюсь под его шаг. Маверик и Ева, кажется, не замечают, даже когда он прочищает горло и наклоняется ко мне.

— Когда вернемся в особняк, я тебя накажу, — шепчет он. — Привяжу к кровати и буду хлестать ремнем, который у тебя на талии, пока не начнешь умолять остановиться.

— А что, если мне понравится? — толкаю его плечом.

Он останавливается, бросает взгляд на Еву и Маверика, затем хватает меня за руку и тащит в деревья. Наши ботинки хрустят по снегу и упавшим веткам, пока углубляемся в лес.

— Беннет, они заметят, что нас нет, — говорю, но он не сбавляет шага. — Эй, остановись!

Он наконец останавливается, но не потому, что я сказала. Его руки поднимаются, когда Беннет смотрит мимо меня. Оборачиваюсь и вижу Еву с тонким лезвием, направленным прямо ему в голову.

— Отпусти ее, — говорит Ева. Она подходит ближе и смещается в сторону, выбирая удобную позицию для выстрела. — Все остальные могут тебя бояться, но единственная, кого я боюсь, – моя мать. А теперь отпусти ее руку, или я отправлю это лезвие прямо в один из твоих голубых глаз.

С кряхтением Беннет отпускает мою руку и заслоняет собой. Маверик подбегает к нам с тропы. Он чуть не врезается в дерево, когда взгляд падает на лезвие в руке Евы, всё еще нацеленное в голову Беннета.

— Воу! — кричит Маверик. — У нас в лесу полно целей. Не нужно набрасываться друг на друга.

— Скажи это своему гребаному другу, — Ева опускает лезвие и убирает его в поясную сумку, спрятанную под курткой. — Когда женщина говорит «стоп», она имеет в виду «стоп». Это не подлежит интерпретации.

Беннет усмехается и скрещивает руки на груди.

— О, у нас тут феминистка завелась?

— Нет, мудак. Согласие – не собственность феминисток. Это элементарная человеческая порядочность. Неудивительно, что ты не можешь уловить концепцию, — Ева протягивает руку ко мне. — Идем, Кэт. Можешь идти со мной.

Открываю рот, чтобы ответить, но Беннет меня перебивает.

— Может, она не хочет идти с тобой. Ты об этом думала? Думала спросить, чего хочет Кэт? — он закатывает глаза и фыркает. — Может, это тебе нужен урок по согласию.

Она игнорирует его, глядя поверх его головы прямо мне в душу.

— Идем, Кэт.

Облизываю губы и моргаю. Ноги не двигаются, и я больше не знаю, что делать.

— Я…

— Ева, давай вернемся на тропу, — говорит Маверик. — Эти двое постоянно ругаются. Это их норма.

— Но это не нормально! — Ева обращает свою ярость на Маверика. — Ты серьезно ухаживаешь за этой девушкой? Очень не похоже, если не можешь ее защитить.

Зеленые глаза Маверика расширяются.

— Я могу ее защитить!

— Тогда почему это я постоянно врываюсь и спасаю положение? — кричит Ева. — Кажется, с каждым часом всё меньше людей делают то, о чем мы договорились, чтобы обезопасить ее. На данный момент остались только я и Кендра!

— Ага, слышал о ваших маленьких собраниях, — говорит Беннет. — Хорошая попытка.

Ева с воплем банши бросается на Беннета, но Маверик обхватывает ее за талию и удерживает на месте. Надо отдать ей должное, Беннет делает шаг назад, и я никогда не видела, чтобы угроза вызывала у него такую реакцию.

— Ты должна ей сказать, Кэт, — умоляет Маверик, пытаясь удержать извивающийся торнадо в своих руках.

Ева дергается в его хватке и оглядывается на него.

— Сказать мне что?

Беннет смотрит на меня, его глаза задают вопросы, которые рот не может произнести.

«Что ты хочешь, чтобы я сделал? Что тебе нужно? Как это исправить?»

И реальность такова… он не может. Никто не может это исправить.

Никто, кроме меня.

— Я трахаюсь с Беннетом, — говорю, голос настолько тих, что даже Беннет не слышит.

Ева продолжает бороться с Мавериком, и теперь всё его внимание сосредоточено на ней. Она отбивается ногой и попадает ему в голень, и он падает. Он не отпускает ее, но когда она бьет его в челюсть, Маверик отключается.