— Вот именно поэтому и не рекомендуется выходить на лед так рано после травмы. К тому же с вами полетит командный врач.

— Я буду осторожен, — пообещал я. — Не выйду на лед до нашего первого домашнего матча в середине следующей недели. Но я хочу, чтобы ты поехала на выездные в конце недели.

Она поджала губы, но я видел, что она хотя бы обдумывает мое предложение.

Мой большой палец скользнул по внутренней стороне ее запястья, и я наткнулся взглядом на татуировку — синюю ленточку в знак борьбы с раком. Мой взор словно прикипел к ней, я не мог оторваться. Она сама поборола рак или это кто-то из ее близких?

Шей проследила за моим взглядом туда, где я все еще сжимал ее тонкую кисть, а затем кашлянула.

— Мой муж.

Я отдернул руку, словно обжегся о раскаленную плиту. Какого хрена? Я-то думал… я думал…

Она грустно улыбнулась, прочитав мои мысли.

— Он проиграл эту битву и умер три года назад.

И внезапно на всю нашу пикировку и взаимное притяжение опустилась глухая, мрачная тень. Каким же надо быть кретином, чтобы даже не подумать о том, что у этой женщины есть прошлое… своя собственная история? Я же зациклился исключительно на своих эгоистичных догадках.

— Ох. Мне жаль, Шей, — я нахмурился еще сильнее. — Мне следовало спросить, не…

— Что? — она тихо, беззвучно усмехнулась. — Не вдова ли я? Есть ли у меня дети? Готова ли я вообще жить дальше? — она закинула ремень сумки на плечо. — Откуда ты мог знать?

Она повернулась, собираясь уйти, но ко мне наконец вернулся дар речи, когда я до конца осознал ее слова.

— Я хочу знать.

Что за чертовщина? С каких это пор меня вообще интересовало хоть что-то о женщинах после Одри? Когда я в последний раз так цеплялся — умолял — хоть о минуте с кем-то еще?

Все эти годы назад я твердо решил, что буду заниматься только собой и своей карьерой. И ничто не встанет у меня на пути, потому что никто не стоил потраченного времени и разбитого сердца. В конце концов, любой, кого ты подпустишь слишком близко, может и обязательно найдет способ вырвать тебе душу.

До этого самого момента я ни разу не сворачивал с этого пути…

Она обернулась, с подозрением разглядывая меня.

— Что?

— Я хочу знать… — я сделал еще один шаг вперед, потому что это расстояние между нами меня категорически не устраивало. — У тебя есть дети?

Ее взгляд метался от одного моего глаза к другому, словно она пыталась разгадать сложную головоломку. Эта женщина закрылась за чертовой броней, и мне потребуются все силы, чтобы пробить этот железный щит, за которым она прячется.

— У меня есть маленький сын, его зовут Кай, — нежная улыбка тронула уголки ее губ, и, твою мать, это было невероятно красиво. — Ему только исполнилось девять.

Я промолчал, давая ей возможность продолжить.

— Вообще-то, ты его любимый хоккеист. Он даже назвал Сликом одного из маленьких енотов, которые поселились у нас в дымоходе. И для моего мужа ты тоже был кумиром…

Она осеклась, не закончив мысль, и я воспринял это как знак, чтобы сократить оставшуюся между нами дистанцию. Я без понятия, что там за прикол с енотами в дымоходе — может, метафора какая-то странная? — но я поймал ее руку и сжал в своей.

— Для меня это огромная честь.

Она смотрела на меня снизу вверх, не говоря ни слова.

— И… — блядь, что я творю? Я искренне не понимал, но и остановиться уже не мог. — Как насчет твоего последнего вопроса? Ты готова жить дальше?

Ее взгляд опустился к моим губам, и если бы я чувствовал, что момент подходящий, я бы ее поцеловал. Это единственное, чего мне хотелось прямо сейчас, но в то же время я понимал: после такого она улетит отсюда со скоростью пули, будто ее прекрасная задница загорелась.

То, что она вообще сегодня пришла после моей выходки с вибратором, уже было чудом, последнее, чего мне хотелось — это испытывать удачу дальше.

Она быстро высвободила руку из моих пальцев.

— Извини, мне пора…

— Не уходи, — услышал я собственный голос. — Я согласен на любое количество времени, которое ты сможешь мне уделить.

— Роуэн…

— Если ты действительно не хочешь ехать на матчи в Калифорнию, я пойму… но, может, хотя бы подумаешь?

На ее губах промелькнула слабая улыбка.

— Ладно. Я подумаю.

— И подарок оставь себе, — я подмигнул ей. — Просто набери меня, когда решишь устроить на нем тест-драйв.

Она тут же сурово зыркнула на меня, но на этот раз улыбка с ее лица не исчезла.

— Никакого следующего раза не будет, потому что не было даже первого.

— Ага, конечно, так я и поверил, — буркнул я с самым невозмутимым видом, прекрасно понимая, что она нагло врет. — Ну а теперь, док, если ты готова, я бы хотел, чтобы ты показала мне остальные упражнения. Можешь понаблюдать за мной и попускать слюни на мою задницу, как голодная волчица.