Про асбест я, конечно, шучу. Сколько бы мы ни подкалывали Делию из-за ее завышенных требований к ремонту, она бы никогда в жизни не подвергла нас опасности и не заставила жить там, где вредно для здоровья.

Хотя, я вроде упоминала, что у нас в дымоходе живут еноты? Ну да, Джуниор и три ее малыша: Ньютон, Шэдоу и Слик. Наши дети общими усилиями придумали им имена, когда этот енот, которого мы считали самцом, внезапно оказался самкой и родил в нашей трубе. В местной службе по контролю за дикими животными нам сказали, что трогать их нельзя целых шесть месяцев.

Есть версии, кто именно придумал имя Слик?

Кай болтает ногами, сидя на барном стуле, и неспешно жует тост.

— Мам?

— М-м?

— Лиам сказал, что со следующего понедельника начинаются уроки фигурного катания... — Он имеет в виду сына-подростка Дилан, на которого Кай смотрит снизу вверх, как на старшего брата. — Ты разрешишь мне пойти?

Я ставлю стакан на стойку и поворачиваюсь к нему.

— Милый, ну мы же это уже обсуждали. Фигурное катание — опасный спорт. На льду постоянно травмируются, а ведь лезвия на коньках очень острые. В таких группах всегда полно людей, которые вообще не смотрят по сторонам. Представь, если ты упадешь, а кто-нибудь переедет коньком твою руку? — От одной только мысли, что с моим мальчиком случится что-то ужасное, у меня внутри все переворачивается. — А если...

— Все нормально, мам. — У Кая опускаются плечи, и он снова утыкается в свой тост. — Я понял... — Он уныло кивает, не сводя глаз с тарелки. — Никакого спорта.

Я встречаюсь взглядом с Дилан на другом конце комнаты и понимаю, что она слышала почти весь наш разговор. Поскольку она занимается с Каем дома, она успела отлично его узнать и уже не раз просила меня разрешить ему попробовать то, о чем он постоянно мечтает, — особенно коньки и хоккей, — но я держала оборону до последнего.

Однако сейчас, глядя на его понурый вид, у меня внутри что-то надламывается. Аджай точно не хотел бы для него такой жизни. Он хотел бы, чтобы его сын жил на полную катушку, учился... развивался.

Я уже собираюсь сказать, что, возможно, мы сможем найти ему частного тренера, как вдруг в дверь громко и настойчиво стучат, заставляя нас всех вздрогнуть.

Финн, пятилетний сын Лив, с криком несется на этот звук со своим бластером Nerf. Его фиолетовая пачка забавно колышется на ходу: парень явно готов открыть огонь на поражение по любому, кто окажется за дверью.

— Финн! А ну вернись! — кричит ему вслед Лив. — Что я тебе говорила насчет того, чтобы открывать дверь незнакомцам?

— Открывать только тогда, когда в руках пушка!

Он уже почти добегает до двери, но Кортни перехватывает его поперек туловища и поднимает в воздух. Финн болтает ногами, пытаясь его лягнуть.

— Что-то я сильно сомневаюсь, что твоя мама говорила именно это.

Он опускает Финна на пол и открывает дверь курьеру. Стоит ему поставить подпись за доставку, как Финн выпускает в бедного мужика несколько поролоновых пулек из бластера и заходится безудержным хохотом.

До нас доносятся извинения Кортни, которые он рассыпает перед ошарашенным курьером, после чего он заносит в дом небольшую коробку. Он удивленно вскидывает бровь, глядя на меня.

— Это тебе.

Я тычу пальцем себе в грудь.

— Мне?

— Там еще открытка есть, — добавляет Кортни, протягивая мне коробку вместе с конвертом.

— Что там написано? — интересуется Делия, поднимаясь со своего места в гостиной.

Я нерешительно верчу в руках плотный черный конверт, разглядывая свое имя, выведенное на лицевой стороне на удивление изящным почерком.

Отойдя подальше от детей в сопровождении подруг, я достаю и читаю карточку, пока Дилан, Лив и Делия с любопытством заглядывают мне через плечо. Понятие о личных границах у этой троицы отсутствует напрочь.

Лив хихикает.

— О, а он хорош. Не хочется признавать, но ты попала. Во всех смыслах.

Делия ахает.

— Какая наглость! Он даже написал внизу свой адрес и номер телефона. Вот же самоуверенный чертов гондон!

А на лице Дилан появляется слишком уж понимающая улыбка, будто она все это предвидела.

Мне даже коробку открывать не нужно, чтобы понять, что там внутри. И инициалы этого чертовски привлекательного, хоть и напыщенного хоккеиста сразу выдают отправителя. Записка говорит сама за себя:

Решил прислать тебе замену той штучке, которую ты носишь в сумочке. Ты ведь, кажется, сломала предыдущую... Может, от слишком частого использования? Скажи «да».

— Он просто очередной пациент, — говорю я себе, въезжая на кольцо перед высоткой, где живет Роуэн Паркер, неделю спустя.

У входа вместе с парковщиками стоят широкоплечие мужчины в костюмах. Наверное, охрана знаменитостей, которые здесь обитают.

— Он точно такой же, как все остальные пациенты. — Ну, разве что капельку привлекательнее, немного выше и отлично сложен. Подумаешь, у меня там все так и просит праздничных хлопушек с конфетти. Я мать и профессионал, черт возьми! И я не собираюсь таять от его безупречной задницы и пухлых губ.