"Авторитет” сидел за столом. Но был ли это действительно он? Как тощий Рохелито превратился в этого здоровенного лысеющего парня? Однако, когда мы подошли ближе, я разглядел под жиром, двойным подбородком и светло-серой униформой национальной полиции черты худощавого озорного мальчишки, который сидел со мной за одной партой в девятом классе. Это было так, как если бы мой одноклассник-подросток переоделся полицейским средних лет.

Мы поприветствовали друг друга воздушными поцелуями и сели. Столик был маленький и накрыт фиолетовой скатертью.

“Тереза, Марисела сказала, что ты пишешь книгу о том, что случилось с Фелипе и Йойи”, - сказал Рохелио, сразу переходя к делу. “Но, честно говоря, я не понимаю почему”.

Его лицо приняло официальное выражение. Эстрелла, автор лжи, ничего не сказала, так что у меня не было выбора, кроме как заговорить.

“Это способ ... э-э ... найти завершение”.

“ Что вы хотите этим сказать? Дело было закрыто как двойное самоубийство. Он опустил взгляд на скатерть, которая внезапно показалась ему запачканной кровью. “Я не думаю, что уместно раскапывать такой печальный эпизод, не говоря уже о том, чтобы использовать его для получения финансовой выгоды”.

Он взял бумажную салфетку и начал нервно теребить ее. Я тоже начала нервничать. Нам не следовало ничего говорить о книге. Прежде чем я успел придумать, что ответить, Эстрелла открыла свой большой рот.

“Чувак, разве Марисела не рассказала тебе о сделке?” - спросила она, стукнув кулаком по столу с едва сдерживаемым раздражением. “Почему ты так беспокоишься о "финансовой выгоде’ и прочей подобной ерунде? Почему тебя это волнует?”

Что за неуважительный способ обращаться к “властям”! Рохелио не ответил.

“Нам просто нужно, чтобы вы просмотрели старые полицейские файлы и достали нам их копии”, - продолжала она. - И выясни, где живут наши старые учителя, чтобы Тереза могла взять у них интервью.

Рохелио выронил салфетку и покраснел, как скатерть.

“ Адреса будет нетрудно раздобыть. Но... Ты понимаешь, что у меня могут быть серьезные неприятности, если кто- нибудь поймает меня за копанием в этих файлах?

“ Я плачу тебе за риск! Возразила Эстрелла.

“Авторитет” перевел дыхание, как будто был готов сказать что-то неприятное, но промолчал. Подошла молоденькая официантка.

“Здесь подают настоящие мохито”, - сказала она, подразумевая, что где-то еще есть поддельные. “Плюс пиво, ром и манговый, ананасовый и апельсиновый соки”.

- Мне пива, - сказал Рохелио.

Мы с Эстреллой заказали мохито.

“Что касается пиццы, то у нас есть чоризо, ветчина с сыром, болонская колбаса и простой сыр”, - продекламировала официантка. - И фирменный салат из макарон с лобстером, всего шесть долларов.

Мы все выбрали пиццу с ветчиной и сыром и два салата на двоих.

Сразу же подали салаты из макарон, украшенные болгарским перцем, помидорами, оливками и мелко нарезанным луком. Мы принялись за еду без дальнейших комментариев. Еда успокаивала желудки и сердца, даже смягчая позицию "авторитета”. Чтобы показать нам, что он был готов сотрудничать, несмотря на свою первоначальную замкнутость, Рохелио сказал: “Я могу рассказать вам об учителях прямо сейчас, потому что все они раньше жили поблизости. Вирджилио был сбит верблюдом во время особого периода”.

Верблюды, поспешила объяснить Эстрелла, были восемнадцатиколесными грузовиками с двумя горбами, которые заменили обычные автобусы в девяностых, когда начался кризис.

“Бедняга, всегда такой рассеянный!” Искренне опечаленный, сказал я. “А как же Ирма? Она была вашей родственницей, верно?

Рохелио тяжело опустился на стул. “ Моя тетя. Она тоже умерла, еще в восьмидесятых.

“ В восьмидесятых! Но она была еще молода. Думаю, около сорока.

“ Она... ” Рохелио сцепил руки и крепко сжал их. - Она покончила с собой.

Я вздрогнула. - Мне так жаль.

“Она была в депрессии с тех пор, как ее навсегда выгнали из системы образования”.

Мы с Эстреллой переглянулись и молча согласились не говорить об Ольге.

“ Почему ее выгнали? Я изобразил неведение. “Она была самой увлеченной учительницей, которая у нас была, всегда желая, чтобы наша школа была лучшей”.

- Из-за этого у нее и были неприятности. Они узнали, что она жульничала, чтобы выставить школу в лучшем свете, завышая посещаемость и оценки ”.

- Кто такие “они”?

“ Инспекторы Министерства образования, я полагаю. Что-то было правдой, что-то нет, но после этого ей запретили преподавать. Мы так и не узнали, кто на нее донес. Должно быть, у нее были скрытые враги.

Какой счастливой выглядела Ольга, когда рассказывала нам о позоре Ирмы! Эстрелла сделала понимающее лицо, вероятно, думая о том же.

- Она несколько лет проработала продавщицей в магазине “Монте и Анхелес” , пока ...

- Я не могу представить ее в роли продавца.