Он тёмно усмехается.

– Испытай меня, пожалуйста.

Глаза Кристофа – чистый холодный гнев, они встречаются с моими.

– Принцесса...

Я морщусь, когда Декер внезапно дёргает рукой в сторону, заставляя меня вскрикнуть от боли. Кристоф рычит, но замирает, когда Декер сильнее вдавливает пистолет в мою голову.

– Стяжки, которые я положил тебе в карман, – выплёвывает он на испуганную Анастасию на земле. – Свяжи ему руки. Сейчас.

Она вздрагивает, дрожа.

– Я сказал, блять, сейчас, – рычит Декер.

Лицо Анастасии белое, когда она встаёт. Её губа дрожит, глаза мечутся ко мне, полные страха и эмоций.

– Мне так жаль, – выдавливает она. – Он...

– Заткнись, блять, – шипит на неё Декер. – И делай, что тебе говорят...

– Пошел ты, – вызывающе выплёвывает она.

– Делай!

– Пошел. Ты...

Я кричу, когда Декер наносит удар рукояткой пистолета. Он бьёт её по виску, и её глаза закатываются, когда она падает на землю. Кристоф рычит и бросается вперёд, но пистолет снова впивается в мой висок, и он рычит, замирая на полпути.

Декер тихо усмехается.

– Сделай сам, Букавац, – густо хрипит он. – Стяжки у неё в кармане. Возьми их.

Глаза Кристофа сужаются, его взгляд переходит от человека с пистолетом ко мне.

– Сделай это, – шипит Декер. – Или я размажу это красивое лицо по камням.

Взгляд Кристофа остаётся прикованным к моему, когда он опускается к бессознательной Анастасии и достаёт толстую белую стяжку из её заднего кармана. Он продевает петлю на одно запястье и заводит руки за спину, продевая петлю на другое запястье и затягивая.

– Туже.

Кристоф низко рычит, его мышцы напрягаются, затягивая пластик на запястьях.

– Хорошо, – хмыкает Декер, когда Кристоф поворачивается, сверля его взглядом чистой ядовитой ненависти.

– Чего ты хочешь! – кричу я.

Декер медленно выдыхает, и низкий хрип сотрясает его горло.

– Мой брат не был мёртв, когда ты ушла, знаешь.

Моё лицо бледнеет, я вздрагиваю от воспоминания о человеке, преследовавшем меня в темноте с ножом. Вспышка того, как я перепрыгнула через ров, в который Ансель затем упал, прямо на свой нож.

– Он умер спустя часы. Часы мучений спустя.

Я вздрагиваю, когда Декер наклоняется к моему уху, его ужасное дыхание – как яд на моей коже.

– Ты вонзила лезвие в того, кого я любил, и позволила ему истекать кровью часами.

Он убирает руку с моей шеи, но держит пистолет у виска. Мой пульс звенит, когда я слышу звук вынимаемого из ножен стального лезвия.

– Позволь мне отплатить той же монетой.

Всё замедляется. Мои глаза расширяются, когда смысл его слов врезается в меня. Мой взгляд вонзается в Кристофа, рот открывается, чтобы закричать от ужаса, когда Декер бросается вперёд.

– Нет!

Чувство, будто меня пронзили ножом. Чувство, будто я задыхаюсь от кровавого хрипа, когда лезвие скользит в мои рёбра.

Но это не меня он только что пронзил ножом.

А мужчину, которого я люблю.

Мир разрывается на чёрные клочья вокруг меня. Я кричу, бросаясь к Кристофу, когда он выплёвывает кровь и падает на колени. Но Декер уже здесь, смеётся, оттаскивая меня назад рукой за горло, затаскивая обратно в вертолёт.

Я кричу «нет» снова и снова, когда глаза Кристофа медленно поднимаются на меня. Трап вертолёта задвигается. Дверь захлопывается, а я всё ещё кричу и рыдаю, слёзы текут по щекам, я стучу по стеклу.

Двигатель запускается. Лопасти начинают крутиться и завывать над нами. Но я всё ещё кричу. Всё ещё стучу в дверь. Всё ещё смотрю в глаза моей любви, пока они мутнеют.

Затем он падает.

Моё сердце разбивается. Оно буквально разрывается надвое, заливая меня чистой пустотой, отчаянием и болью. Я кричу, пока не охрипну, прижимаясь к стеклу, когда мы поднимаемся в небо, удаляясь от острова.

От моего дома.

От моей любви, истекающей кровью на зелёной траве и песчано-коричневых камнях берега.

Глава 36

Кристоф

Я просыпаюсь с рёвом, вскакивая на ноги с первобытным криком на губах.

И затем на меня обрушивается боль.

Я задыхаюсь от неё, ослеплённый, когда отшатываюсь. Сильные руки хватают меня, пытаясь уложить. Но в своём слепом красном тумане я разворачиваюсь, рыча и яростно отбиваясь.

– Крис!

– Где она?! – реву я, отбрасывая руки, хватающие меня, разворачиваюсь и снова бью. Кто-то хмыкает, но затем руки снова сжимают меня, оттаскивая назад.

И на этот раз я падаю. Я стону, ударяясь о что-то мягкое – возможно, кровать – которое возвращает меня обратно во тьму.

– Крис...

Я снова слепо отбиваюсь, но силы покидают меня.

– Куда, блять, ты забрал её...

– Крис, это я, мужик, – голос, который я знаю, рявкает на меня, встряхивая. – Это Миша.

Я моргаю, красный и чёрный туман рассеивается перед глазами. И медленно мир проступает в фокусе.