Она права. Я надеваю чадру, но не закрываю лицо, и мы мчимся вниз по лестнице, во двор и через дверь в переулок. Небо начинает светлеть. Большинство моих соседей, вероятно, проснулись для утренней молитвы, когда началась суматоха. Похоже, здесь собрались все соседи — в основном мужчины, но есть и несколько женщин в чадрах.

Я подхожу к одному из мужчин, которого узнаю, Хосров-хану. Он всегда был добрым и вежливым.

“ Салам, ” говорю я. - Ты знаешь, что происходит? Захра стоит у меня за спиной.

“ Салам-Алейкум, мадам Зина. Говорят, Реза-хан повел казачью бригаду из Ниярака в Тегеран. Это государственный переворот!”

Я не видел Резу несколько недель. Он сказал мне, что его не будет в городе и какое-то время он не сможет навестить меня. Я сглатываю.

“Мадам, не волнуйтесь! Ахмад Шах бесполезен! У него нет контроля, нет власти и очень мало поддержки. Нам нужен такой человек, как Реза Хан, чтобы все уладить. Сегодня лучше оставаться дома. Возможно, на улицах небезопасно, но я уверен, что через день или два все разрешится”.

Шум уже стих, когда мы с Зарой возвращаемся домой. Когда мы входим в фойе, то обнаруживаем Мину, стоящую у подножия лестницы и наблюдающую, как Коля взбирается по ней, как кролик.

“Коля!” - говорит Мина своим серьезным, взрослым голосом. “Будь осторожен! Не беги!”

“Спасибо тебе, Мина, что присмотрела за Колей ради меня. Он был непослушным?”

“ Он хотел залезть в кухонные шкафы, чтобы достать банку с печеньем. Я сказала ему ”нет".

“ У нас осталось мало печенья, ” говорит Зара. “ Коля! Спускайся вниз! Мы собираемся испечь печенье, и я дам тебе облизать ложку!”

Коля сбегает вниз, и Мина следует за ним. Я называю его “моя маленькая обезьянка”, потому что он может взобраться почти на что угодно. Мина, с другой стороны, похожа на взрослую женщину в теле малыша, ответственную и взвешенную. Ее любимое занятие - выпечка. Она выучила наизусть большинство наших рецептов и знает все ингредиенты и их количество. Она начала говорить, когда ей было десять месяцев, но Коля не произнес ни слова до пяти месяцев спустя, когда я начала беспокоиться из-за его молчания. Тогда он начал повторять все, что говорила Мина. Три ночи назад, перед тем как им лечь спать, я застал Мину с Колей в нашей комнате. Они стояли у окна и смотрели на полную луну.

- Расскажи мне эту историю еще раз! - попросил Коля.

“Маленькие девочка и мальчик живут на Луне. У них есть большая кошка, которая повсюду возит их на спине. Кошка умеет летать”.

- Куда они направляются? - спросил я.

“ В магазин. Они покупают много конфет, потому что продавцу нравится кот.

И это продолжалось и продолжалось. Коля задавал вопрос, а Мина придумывала креативные ответы, которые его интриговали.

Следующие несколько дней я беспокоюсь о Резе, но больше не слышу ночных перестрелок, на улицах нет никаких признаков хаоса. И вот однажды, около полудня, Насер приходит сказать нам, что на улицах безопасно и что переворот прошел почти бескровно. Человек, о котором я никогда раньше не слышал, Сайид Зия ад-Дин Табатабади, станет премьер-министром, а Резе присвоен титул Сардар Сепах, что означает “предводитель армии”. Объявлено военное положение, и массовые собрания запрещены.

“ Пойдем со мной в наш дом, Зина. Анне не терпится увидеть тебя, - говорит Насер, - а Реза прислал мне сообщение, что он приедет, хотя и не сможет задержаться надолго”.

Я хватаю свое пальто и чадру и прошу Нину передать остальным, чтобы они не волновались. За главного отвечает Реза.

Когда мы с Нассером идем по узким улочкам, ничто не выглядит иначе, чем несколько дней назад. Солнце проглядывает сквозь облака, и завывает холодный ветер. Мы проезжаем запряженную лошадьми повозку, которая развозит питьевую воду по домам. На углу к стене приклеен лист бумаги. Насер читает это вслух:

“Мы преданы стране, и мы взяли на себя ответственность положить конец хаосу. Мы готовы наказать тех, кто предал страну, и мы поддержим сильное правительство, способное служить Ирану. Подписал Реза Хан.”

“ И это все? - Спрашиваю я.

- Вот именно.

“Он настоящий солдат - немногословный человек. Это мало о чем говорит”.

- Я уверен, что он все объяснит.

Прежде чем мы добираемся до места назначения, я спрашиваю Насера: “Как поживает Анна?” Сейчас она примерно на шестом месяце беременности, и в последний раз я видел ее почти две недели назад.

“Она чувствует себя хорошо, но беспокоится о том, что происходит в стране. Я сказал ей, что ситуация здесь совсем не похожа на то, что произошло в России, и я уверен, что Реза также заверит ее ”.

Учитывая историю депрессии Анны, я беспокоился, что беременность может негативно сказаться на ней. Я не понаслышке знаю, что женщины иногда впадают в уныние и депрессию во время беременности, но она была счастлива и оптимистична.