И тогда мой собственный гнев — ярость, которую я загнала в самое глубокое место, где она могла тлеть, с тех пор, как мне позвонили по тому ужасному телефону, — поднимается выше уровня реки. Ты не должен указывать мне, что делать прямо сейчас, Паркер! Я умер вместе с тобой. Мне больше нечего отдать!

Не дожидаясь ответа, я пытаюсь обмякнуть, опускаю голову в воду и выдыхаю воздух из легких.

Тут же у меня сжимается грудь. Мое тело выныривает на поверхность, и я начинаю яростно кашлять, поскольку животные инстинкты в моем теле отказываются подчиняться моей попытке положить всему конец.

Слезы текут быстро и возмущенно, горячие по моим ледяным щекам.

Затем, краем глаза, я вижу электрическую зеленую вспышку выше по течению.

Мой желудок сжимается.

Теперь уже слишком поздно. Он идет за мной. И я ничего не могу с этим поделать.

29

29

Я в последний раз пытаюсь вырваться из ямы. Я выворачиваю плечи, размахиваю руками и изо всех сил брыкаюсь под водой, но течение только сильнее тянет меня назад, таща так же агрессивно, как я отталкиваюсь. Недостаточно, чтобы убить меня, но достаточно, чтобы заставить меня желать этого. Мое дыхание вырывается сдавленными, кашляющими, жалкими всхлипами, которые звучат как конец.

Потому что это конец.

Через несколько секунд он найдет меня в таком состоянии — рыбой в бочке, ожидающей пули.

Я хочу закричать, но он единственный, кто меня услышит. Даже мысль об этом заставляет меня стиснуть зубы от желания.

Когда отверстие для рециркуляции позволяет мне вынырнуть и глотнуть воздуха, я смаргиваю водяную глазурь и ищу приближающийся неоново-зеленый плот, желая взглянуть на Лео.

Но когда я поворачиваю голову, чтобы посмотреть, что-то останавливает меня.

“Притворись мертвым”, - подсказывает голос Паркера. Это настойчивый шепот, гневные нотки исчезли.

Я колеблюсь всего секунду, затем подчиняюсь. Я набираю полные легкие воздуха, затем позволяю себе обмякнуть, всплывая на поверхность лицом вниз. На данный момент я уже наполовину мертв, так что притворяться нетрудно.

Потусторонние, мрачные звуки стремительной реки наполняют мои уши, сливаясь с далеким барабанным боем весел, приближаясь с каждым ударом.

Мои легкие горят от нехватки воздуха, но я не шевелю ни единым мускулом, позволяя реке швырять меня вверх-вниз, взад-вперед, как тряпичную куклу.

Проходят секунды. Свет, проникающий сквозь мои закрытые глаза, вспыхивает темнотой, затем ярко, снова и снова, бурлящая дыра медленно вращает меня. Мое сердцебиение, стучащее в ушах, как поршень, делает невозможным звук весел в воде через несколько секунд.

Он прямо рядом со мной, ждет, чтобы посмотреть, жив ли я еще? Высматривает подергивание, что-нибудь, указывающее на то, что меня все еще интересно убивать? Или он движется дальше, уже гребет вниз по реке?

На данный момент я могу только надеяться, что он не потрудится затащить мое тело на снаряженный плот, чтобы проверить пульс. Он знает так же хорошо, как и я, что если я до сих пор не уйду полностью, то утону в считанные секунды. У меня нет ни единого шанса выбраться из этой дыры самостоятельно, даже если я выживу.

Я уже мертв, ты, ублюдок. Просто продолжай двигаться и оставь меня здесь, умоляю, и правда этого заявления ранит так глубоко, что я не могу представить, что лезвие ножа может ощущаться хуже.

Тени на моих веках снова переходят от темного к светлому, и я представляю, как Лео перегибается через борт своей лодки с ножом в камуфляже в одной руке, изучает меня, делая свой выбор.

Он будет спорить, стою ли я времени и усилий. Особенно если он все еще охотится за Элли.

Я больше не могу задерживать дыхание. У меня есть в лучшем случае еще несколько секунд, прежде чем мои легкие перехватит, заставляя меня глотнуть воздуха. Этот инстинкт самосохранения настолько глубоко укоренился в моем подсознании, что он пересиливает все остальное, упрямо пытаясь спасти меня, даже когда я не могу продолжать.

Время замедляется.

Я снова слышу голос Паркера. “Подожди еще немного”. И вопреки себе, я слушаю.

Мне кажется, что моя голова вот-вот взорвется, а легкие болят, отчаянно нуждаясь в воздухе. Под водой я чуть приоткрываю глаза, чтобы увидеть неоново-зеленое пятно на расстоянии вытянутой руки.

Лео прямо здесь, нависает над моим обмякшим телом. Что он делает? Почему он не двигается дальше? Моя голова плывет к отключке. Я больше не могу задерживать дыхание.

“Ты можешь”, - настаивает Паркер.

Я так крепко сжимаю губы, что чувствую, как лопаются кровеносные сосуды.

Пока течение швыряет меня вбок, я не отрываю затуманенных глаз от борта плота, который находится всего в футе от моего лица.

Затем внезапно, как раз когда я уверен, что мое время истекло, плот резко удаляется.

- Можно снова дышать, - шепчет Паркер, когда плот исчезает из виду, но мне не нужно этого говорить. Когда бурлящая вода выкатывает мое тело на поверхность, я поворачиваю голову к свету и в отчаянии приподнимаю угол рта.