— Крис, — осторожно говорю я.

— Не стоит плохо говорить о мёртвых. Да это и не важно. Лютер умер, сражаясь, чтобы спасти нашего отца, и за это его разорвали на куски.

Я бледнею, и разум вспышкой возвращает меня к той руке. Часть меня пытается убедить, что она могла принадлежать кому-то другому, но нет, мой брат был огромным. Мало у кого были бы такие длинные конечности, и даже под внутренностями на ней всё равно был его запах.

— Да, — в итоге соглашаюсь я.

Крис замолкает, и я безмерно благодарен, что Джексон решил выписаться из реальности, надев шумоподавляющие наушники и слушая какой-то подкаст об искусстве.

— Мы во всём разберёмся, Крис, — наконец говорю я, отодвигая противоречивые чувства в сторону. Распутаю и рассмотрю их позже. — Сначала главное: спрячем Джексона и обеспечим его безопасность. Потом выясним, кто нанимает этих ассасинов, пока кто-нибудь ещё не решит начать охоту на остальных из нас.

— Ты говоришь так, будто всё просто.

— Это не просто, но мы всё равно разберёмся.

— Надеюсь, ты прав.

Я тоже на это надеюсь. Но у меня чувство, что у нас появился настоящий козырь в рукаве — Черри, которая вдруг кажется очень преданной желанию помочь нам. Наверняка с человеком, обладающим такими силами, правда будет раскрыта.

По крайней мере, я надеюсь, что будет.

Иначе династии ВанМарк недолго останется в этом мире.

ГЛАВА 8

ЧЕРРИБЕЛЛЬ

В волчьем логове (или это уже видоизм???) 43

— Хадсон, это говорит тебе «загадочная женщина международного масштаба»? — спрашиваю я, глядя в зеркало на тёмные брюки из PVC44 и чёрные тунику с жилетом, которые на мне надеты.

— М-м-м-м-мрп?

Она играет на моей кровати со своей любимой игрушкой-бананом.

— Серьёзно, Хадсон. Я собираюсь отправиться в логово воров, убийц и всяких негодяев! Мне нужно соответствовать.

Прошло два дня с моей встречи с ВанМарками, а я до сих пор едва могу в это поверить. Никогда в жизни не думала, что моя способность видеть эмоции людей и отголоски этих чувств после того, как они уже угасли, приведёт к тому, что я буду активно участвовать в напряжённом расследовании убийства.

И всё же именно это и произошло.

Я твёрдо собиралась броситься в исследования, когда вернулась домой, но использование моих способностей так интенсивно, часами напролёт, взяло своё. Я проспала почти четырнадцать часов после того, как умяла отличный ужин, который водитель Пола забрал для меня по дороге домой.

После этого шею свело адски.

— Мррмррмррр мррр, — отвечает Хадсон, хотя трудно понять, отвечает она мне или объявляет войну своему игрушечному банану и всем его потомкам.

Я выбираю притвориться, что это было мне. Снова смотрю на своё отражение.

— Слишком стараюсь? Думаешь? Наверное, лучше быть неприметной. Это реальная жизнь, а не супергеройское кино, где все плохие парни носят тёмное.

Боже, насколько удобнее тогда всё было бы?

Пока иду переодеваться, не могу не поражаться тому, что Полу и Крису удалось найти мутное популярное местечко, которым любит пользоваться криминальное дно магического мира. Хотя я часть зачарованного населения, нельзя сказать, что у меня крепкие связи с сообществом. Похоже, такова участь многих оракулов. Мы были неотъемлемой частью человеческой истории (те из нас, кто был настоящим, и шарлатаны, сбивавшие других с пути), но, странным образом, другие представители магического народа обычно не пользуются нашими услугами. Вероятно, из-за вышеупомянутых шарлатанов, но я не понимаю, почему это наша вина.

Но вина или нет, из-за этого, кроме перевёртышей-пантер с соседней улицы и ведьмы, которая была моей воспитательницей в детском саду, у меня не так уж много связей с этой частью себя.

— Ладно, а так как? — спрашиваю я, переступая через кучу одежды, чтобы предстать перед Хадсон.

Мне это нужно постирать? Нет. Это куча «чистое и надо убрать». Или это куча «надето один раз и можно надеть снова»?

Не сейчас. Сосредоточься!

— Бррррк! Прррк! Мрррпппппп, — выдаёт Хадсон.

— Ух ты, так теперь у тебя на всё есть мнение!

— Мррп.

— Ладно! Значит, белая блузка и штаны для йоги. Господи!

Теперь бы ещё найти мои штаны для йоги…

Скручены трубочкой, под креденцей 45 в прихожей внизу, рядом со скрепкой и синей резинкой для волос, — подсказывает дальний уголок моего сознания, и образ всплывает у меня в голове.

— Точно, вот где они.

Именно так я оказываюсь в прихожей только в длинной белой блузке и трусиках. Для меня это не так уж необычно, но вот что необычно — так это то, что кто-то стучит в дверь, когда я только-только влезаю в первую штанину из лайкры.