Значит, мне придётся использовать мозги, и мои мозги говорят мне засунуть бутылку под рубашку на случай, если я смогу использовать её позже, и поискать что-нибудь ещё, что пригодится, пока я под потолком. Не совсем материал для экшен-триллеров, но чем дольше я могу оставаться вне опасности, тем дольше могу помогать.

Может, ещё немного этой скользкой дорожки? Не хочу превращать весь пол в смертельную ловушку, но, когда я в последний раз проверяла, Крис и Джексон всё ещё пытались взять верх над ассасином, с которым разбирались, так что если я смогу освободить их от него, бой с Лютером станет четыре на одного, а не два на одного, как сейчас.

Технически четыре с половиной на одного.

Я наполняю последнюю бутылку, а потом прыгаю обратно на ближайшую балку. На этот раз, однако, я не могу просто остаться там, где приземляюсь, потому что Крис и ассасин дерутся в нескольких метрах от меня. Как я это вижу, я могу ползти, что займёт намного больше времени, или могу подняться и рискнуть пробежать по балкам.

Это не самые узкие балки, на которых мне доводилось бывать, уж точно куда шире гимнастического бревна, так что решаю, что риск оправдан.

Поднимаюсь на ноги и развожу руки для равновесия. Это не сложнее, чем поймать центр тяжести на скейтборде, и не впервые я благодарна себе за то, что никогда не бросила это хобби.

Я несколько раз пошатываюсь, пока бегу, скорее лихорадочно трусцой несусь к второму бою, но ни разу не заваливаюсь в сторону, и большего я просить не могу. Оказавшись в нужном месте, я плюхаюсь вниз и сопротивляюсь желанию поцеловать твёрдую балку под собой, чтобы не закрывать глаза и не упустить следующую возможность помочь.

Почти больно не смотреть на Пола и Пенелопу, но освободить Криса и Джексона, чтобы они могли сражаться вместе с ними, полезнее всего, что я могу сделать, поэтому заставляю себя сосредоточиться, а это никогда не было моей сильной стороной вне гиперфиксации.

Каждая секунда режет по моему терпению и вонзается иглой в сердце, но меньше чем через минуту Крису удаётся отбросить ассасина к перевёрнутому столу. Фигура в плаще резко разворачивается с серебряным мечом, явно собираясь снова пойти в атаку.

Идеально.

Я переворачиваю бутылку между ними, и на этот раз выбираю момент куда лучше. Всё выливается перед нападающим, а не наполовину ему на голову. Падение выходит не таким чистым, как с Лютером, который тяжелее своего подручного как минимум на пятьдесят кило, но всё же ставит его на колени. Крис бросается вперёд и использует скользкий пол, чтобы рвануть к ассасину.

Со стороны это могло бы выглядеть как нелепая комедийная сцена с падением, но весь юмор мигом исчезает, когда крупный альфа широко раскрывает пасть и смыкает челюсти ровно там, где была голова ассасина.

Я напрягаюсь, изо рта вырывается выдох, и я готовлюсь к настоящей кровавой бойне, но у нашего врага блестящие рефлексы, потому что в последнюю секунду он успевает дёрнуться в сторону. Зубы Криса впиваются ассасину в плечо, вместо того чтобы лопнуть его череп, как шарик.

И всё же это совсем не PG121, и крови куда больше, чем я привыкла видеть. Как бы тошнотворно это ни было, я замечаю мгновенную перемену в Лютере, будто кто-то щёлкнул в нём выключателем.

Он за секунду переходит от того, что прижимает Пола к полу, держа топор и готовясь ударить вниз, к стойке прямой как шомпол, будто его поразила молния. Сердце подскакивает у меня к горлу, когда он резко разворачивается, а потом несётся к оставшемуся ассасину, будто он грёбаная кавалерия.

Что, как я понимаю, вполне точно.

Он врезается в Криса, прямо плечом сбивая волка в ближайшую стену. К сожалению, этот приём также отправляет другого ассасина в полёт, и Лютер спешит его поймать.

Это невероятно странно: его движения и внимание к другим обозначают заботу. Даже беспокойство. Но нет ни единой капли соответствующей эмоции. Если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что тот, кто им управляет, глубоко переживает за другого ассасина и либо дал приказ держать его в безопасности, либо каким-то образом наблюдает.

Даже… смотрит через Лютера?

Хотя у нас есть его усиленный артефактором протез, это не значит, что другие его части не были изменены. Что, если эти кукловоды правда шпионят за нами через эту связь?

Это вообще никуда не годится.

Но ВанМаркам надо отдать должное: они никогда не упускают открывшуюся возможность. Пока Лютер занят тем, что поднимает раненого ассасина на ноги, все четверо окружают его и бросаются в атаку.

Только происходит то же самое, что и на похоронах. Одну минуту кажется, что мы выигрываем бой, а в следующую все четверо запинаются, как Симс122, у которых случайно удалили список задач.

Дерьмо! Это опять та штука с альфа-голосом?

Если да, я понятия не имею, как они вообще должны с этим бороться. По правде говоря, это выглядит как ужасный трюк эволюции перевёртышей и гарантия проигрыша.