Я поворачиваюсь и успеваю вовремя переориентировать щит, чтобы остановить следующие несколько выстрелов. Этот убийца стоит спиной к стойке, за которой его приятель, пытавшийся проникнуть внутрь через окно, сливает в раковину всевозможные жидкости.

Я далек от того, чтобы смотреть в рот дареному трупу. Я оживляю тело, заставляя его протянуть руки и обхватить шею парня в спящем захвате.

Что-то вроде спящего захвата. Я заставляю труп мысленно свернуть шею парня, затем отпускаю тело, позволяя ему упасть обратно на прилавок.

Николь приходит в себя, моргая и ошеломленная, но она жива. Я помогаю ей подняться на ноги. Она немного пошатывается.

— Где они? — спрашивает она дрожащим голосом.

— Насколько я могу судить, они все мертвы. У тебя случайно нет аптечки первой помощи?

Она протягивает руку к холодильнику.

— Безопасная комната. Нажми на этот край, и он выдвинется из стены.

Я так и делаю, он открывается, и мы закрываем за собой холодильник и опускаем защитную дверцу.

Это не столько безопасная комната, сколько скорее конспиративная квартира. Кухня, ванная, кровать. На полках вдоль одной стены хранятся продукты и другие принадлежности. Это место рассчитано на более длительный срок, чем на пару часов ожидания прибытия полиции.

— Ты в порядке?

— Да, я так думаю. Но это не так.

— Обычное дело. Эта аптечка первой помощи?

— Секундочку — Николь подходит к полке и достает полностью укомплектованную аптечку скорой помощи. Я заклинанием сворачиваю кровь в ножевой ране. Я нахожу пару упаковок марли QuikClot[8] и обматываю ею грудь. Если снова начнется кровотечение, QuikClot позаботится об этом, и мне не придется слишком много об этом думать.

На то, чтобы закрепить повязку, уходит минута, потому что я не настолько доверяю Николь, чтобы подойти ко мне и помочь. Это не идеально, но я проделывала это достаточно часто, чтобы знать, что это сработает.

— Кто, черт возьми, были эти люди? — Спрашивает Николь.

— Это не те "воины выходного дня", которые напали на заведение Рейчел, но, держу пари, за этим стоят те же люди.

— Думаешь, их кто-то принудил?

Я задумываюсь об этом на секунду. Один из них был у Рейчел, и все думали, что они пришли туда за чем-то, чего на самом деле не было. Не столько за контролем сознания, сколько подталкивание.

— Может быть, — говорю я. — Возможно, магом у входа?

— Черт, — говорит она. — И ты убил его.

— И еще кое-что, — раздраженно отвечаю я. Я только что спас ее задницу, и вот что я получил. Черт возьми, я спас ее задницу от того, что хотел убить и ее тоже. Я заслуживаю гребаную медаль. — Мы можем пойти туда и попытаться расспросить его, но, держу пари, у него в мозгу осколки пули. Если мы не уберемся отсюда к чертовой матери, скоро у нас будут гости.

— Я...

— Если хочешь остаться здесь, валяй дурака. Я не особенно хочу быть здесь, когда появится подкрепление. Оставайся здесь или заткнись и возьми все, что тебе нужно, чтобы мы могли убраться к чертовой матери.

Оказывается, Николь путешествует так же налегке, как и я. После того, как она просканирует дом своим зрительным заклинанием, и мы убедимся, что внутри никого нет в живых, мы покидаем безопасную комнату, хватаем ее вещи и уезжаем, бросив "Порше" на стоянке ради "Мерседеса" Е-класса.

Ни один из тех, кто пришел за нами, не оставил после себя призраков, а их тела были слишком изуродованы, чтобы заставить их говорить иначе. Заставить говорить мертвеца, которого выпотрошили с крайним предубеждением, непростая задача. Мне действительно нужно найти менее грязный способ убивать людей и более быстрый способ заставить их говорить.

Я бы хотел, чтобы это было так же просто, как вызывать чью-то душу, но, учитывая, что после смерти все уходят неизвестно куда, я даже не знаю, как бы я их нашел. Мне придется поработать над этим.

Я подвергаю сомнению многие свои жизненные решения, но о том, о чем я сожалею больше всего, даже больше, чем об отъезде из Лос-Анджелеса и моей сестры, так это о том, что я приняла предложение Николь и Себастьяна сделать Оракула.

Все, что мне нужно было сделать, это сказать "нет". Но мог ли я это сделать? Может быть, сегодня, а может, и нет. А тогда? Я бы ни за что не упустил такую возможность.

Ни у кого нет глупых идей, как у магов. Именно так мы учимся магии, наращиваем свою силу. Во многом именно так мы и умираем. Вы не представляете, сколько из нас сгорают заживо, потому что учились создавать огненный шар в замкнутом пространстве.

Дети-маги такие же глупые, как и обычные дети. Просто у них больше способов взорвать себя.

Просто понять, как работают наши способности и что они вообще из себя представляют, та еще задачка. Мне повезло. Когда я был совсем маленьким, я наткнулся на дохлую лягушку и заставил ее встать и потанцевать. Я подумал, что это круто.