— Смотря что называть знакомством. Как я уже сказал, она ходила на мои лекции и однажды призналась, что хочет сделать в полиции примерно такую же карьеру, как я. Но влияние Кескин явно не прошло бесследно. Похоже, теперь я ей не нравлюсь.

Бёмер снова коротко рассмеялся.

— Вот так неожиданность.

— Теперь у меня будет время попробовать её раскусить. Позвонишь, когда проверишь этих троих?

— Позвоню. До связи. И не передавай Кескин от меня привет.

Макс положил телефон на центральную консоль и завёл двигатель.

Глава 08

ГЛАВА 8

Мелани Добельке жила в рядном доме в центре посёлка, которому, как и большинству зданий в Клоттене, было, вероятно, уже около ста лет. На узком тротуаре перед домом припарковаться было негде, поэтому Макс оставил машину на свободном месте по диагонали напротив.

На звонок открыл мужчина лет сорока пяти — почти на голову ниже Макса и совершенно лысый. Он посмотрел на гостя с любопытством, но без неприязни.

— Да, слушаю?

— Добрый день. Меня зовут Макс Бишофф, — представился Макс. — Я хотел бы поговорить с Мелани Добельке.

— Я её муж, Торстен Пунг. В чём дело?

— Речь о Габриэле Майнингер. Насколько мне известно, ваша жена с ней дружила.

Макс увидел, как лицо мужчины мгновенно омрачилось. Изменилась и поза — теперь всё в нём выражало настороженность.

— Это было давным-давно, а Габриэле умерла. Не понимаю, что вам нужно от моей жены.

— Вы правы, речь идёт о событиях более чем двадцатилетней давности, о которых госпожа Майнингер писала в дневнике.

— Вы были другом Габриэле? Или родственником? Что написано в этом дневнике?

— Об этом я и хотел бы поговорить с вашей женой. Она дома?

— Нет. Она на работе.

— Можно спросить где?

Пунг на мгновение задумался.

— Я всё ещё хотел бы понять, кто вы и почему собираетесь задавать моей жене вопросы.

— Как я уже сказал, меня зовут Макс Бишофф. Раньше я служил в криминальной полиции, а теперь преподаю оперативный криминальный анализ в одном из кёльнских вузов. Дочь Габриэле обнаружила дневник со странными записями и попросила меня выяснить, о чём идёт речь. Она просто хочет узнать, о чём её мать писала двадцать два года назад. Судя по всему, тогда это сильно её мучило.

Мужчина снова осмотрел Макса с головы до ног и, видимо, решил, что может рискнуть и помочь ему.

— Моя жена работает в Поммерне, это соседний посёлок, в доме совместного проживания для детей и подростков. Я дам вам адрес. Подождите.

Он отвернулся и скрылся в доме. Примерно через минуту мужчина вернулся и протянул Максу записку.

— Вот, пожалуйста. Но я должен вас предупредить. Мелли не обрадуется, если вы станете расспрашивать её о тех временах. И о Габриэле Майнингер. Не знаю почему, но она не любит говорить о прошлом.

Макс взял записку и кивнул.

— Спасибо.

До соседнего посёлка он доехал менее чем за десять минут и припарковался напротив нужного дома на большой площадке, засыпанной гравием. Выйдя из машины, Макс ненадолго остановился.

Здание выглядело как обычный жилой дом. Макс знал похожие учреждения и понимал, что так было задумано специально: детям, которых ведомство по делам молодёжи забрало из тяжёлых семейных условий, старались хотя бы внешне создать подобие нормальной жизни.

Он перешёл дорогу и нажал кнопку звонка.

Дверь открыла девочка лет пятнадцати с синими прядями в тёмно-русых волосах и вопросительно посмотрела на Макса.

— Добрый день, — улыбнулся он. — Могу я поговорить с Мелани Добельке?

Девочка повернула голову и крикнула в глубь дома:

— Мелли! К тебе мужчина пришёл.

Затем она снова посмотрела на Макса.

— Вы из ведомства?

— Нет, я хотел бы поговорить с… Мелли по личному вопросу.

— Вы друг Мелли?

— Нет, я…

Договорить он не успел: за спиной девочки появилась хрупкая светловолосая женщина и с подозрением посмотрела на Макса.

— Да?

Затем она обратилась к подростку:

— Лиза, иди, пожалуйста, обратно и немного поиграй с Кевином.

Ещё раз взглянув на Макса, девочка развернулась и скрылась в доме.

— Меня зовут Макс Бишофф. Если у вас найдётся несколько минут, я хотел бы поговорить с вами о Габриэле Майнингер.

На лбу женщины появились морщинки.

— О Габи Майнингер?

— Да.

— Зачем? То есть… она ведь умерла. И вообще, кто вы такой?

— Как я уже сказал, меня зовут Макс Бишофф. Дочь госпожи Майнингер, Джессика, попросила меня помочь ей кое-что выяснить. Речь о дневниковых записях её матери, сделанных двадцать два года назад.

Макс заметил, как женщина слегка вздрогнула.

— И что? При чём здесь я?

— Насколько мне известно, в то время вы были близкими подругами.

Мелани Добельке поморщилась.

— Близкими — это преувеличение. Мы иногда встречались. В такой дыре, как Клоттен, вечерами не слишком много развлечений. Молодёжь просто собирается вместе и проводит время.