Глава 22

ГЛАВА 22

По пути я прохожу мимо ресторана. Он находится на другой стороне улицы. Через две большие витрины виден зал, залитый мягким приглушённым светом.

Я замедляю шаг, останавливаюсь и отступаю на два шага, пока спиной не упираюсь в деревянный забор. Наблюдаю за сценами, разыгрывающимися внутри.

Посетители не смогут меня увидеть, даже если посмотрят на улицу. Фонари стоят слишком далеко друг от друга и отбрасывают на тротуар отдельные островки тусклого света. Я нахожусь на почти неосвещённом участке.

Я стою и наблюдаю за гостями ресторана. Смотреть на других людей — прекрасный способ скоротать время.

Но не только.

Я чувствую, как чья-то рука обхватывает мой желудок и медленно сжимается в кулак. Иногда наблюдение превращается в завистливый взгляд на людей, чья жизнь ещё в порядке.

Ещё не окончательно сошла с рельсов.

Готов поспорить, ни один из сидящих в ресторане не понимает, насколько счастливым должен себя считать со своими мелкими заботами. Никто из них не знает, что такое жгучая ненависть и к чему она способна привести.

Вот столик на четверых у правого окна. Трое мужчин и одна женщина, всем не больше тридцати. Они пьют вино и разговаривают. Время от времени женщина смеётся. Я её не слышу, но уверен: смех у неё звонкий, как колокольчик, и настолько чистый, что кажется отрепетированным.

Я вижу это по её лицу. Так же как по лицам мужчин вижу, что каждый хочет заполучить её.

Наверняка днём они работают вместе. Мужчины договорились втроём пригласить её на ужин — так всё выглядит не настолько двусмысленно, как если бы позвал кто-то один.

Но они соперники.

Все трое хотят её.

Победит блондин, сидящий напротив. Сигналы, которые она ему подаёт, совершенно очевидны.

За соседним столиком расположилась пара лет пятидесяти с небольшим. Она элегантно выглядит в тёмно-синем брючном костюме и белой блузке. Возможно, немного чопорно. Насколько я могу разглядеть, фигура у неё ещё хорошая.

Они сидят молча, с каменными лицами, и безучастно отправляют еду в рот — вилку за вилкой, словно к ним за стол подсадили неприятного незнакомца.

На мужчине отвратительный свитер с разноцветным узором. К тому же он мал ему как минимум на размер и обтягивает живот — это видно даже отсюда. Женщина наверняка заметила это, когда он надевал свитер, но ничего не сказала.

Потому что ей всё равно.

Вероятно, они провели вместе уже больше половины жизни.

И вот что осталось.

Они молча сидят друг напротив друга.

Они друг другу наскучили.

Вот идиоты.

Я иду дальше.

В конце улицы поворачиваю налево. Впереди нет ни души. Здесь ещё темнее, чем возле ресторана, а дальше дорога уходит в область кромешной тьмы.

Многие чувствовали бы себя в таком месте неуютно. Возможно, даже испугались бы.

Я — нет.

Отгоняю посторонние мысли. Мне нужно сосредоточиться на том, что меня ждёт.

Мне необходимо кое-что втолковать одному человеку.

Раз и навсегда.

Глава 23

ГЛАВА 23

Когда Макс открыл глаза, вокруг царила почти полная темнота. Он лежал на боку и смутно различал очертания шкафа.

Своего шкафа?

Он попытался вспомнить, когда лёг спать, но сознание почему-то никак не включалось. Макс чувствовал себя совершенно одурманенным.

Он хотел перевернуться на спину, но не смог и не понимал, почему не двигается.

Мысли тянулись, как резина, и не имели никакого смысла. Что ему всё-таки удалось перевернуться, Макс осознал лишь тогда, когда на самом краю поля зрения слева заметил нечто, чего там быть не должно.

Что-то лишнее.

Медленно поворачивая голову в ту сторону, он почувствовал, как сердце бешено колотится о рёбра, а его удары глухим стаккато отдаются в голове.

И тут он увидел перед собой настоящую дьявольскую личину.

Фигура возвышалась возле кровати тёмной стеной и частично сливалась с окружающим мраком. Но глаза горели густым тёмно-красным светом. Багровое мерцание ложилось на жуткую личину, позволяя различить её очертания.

Макс услышал глухой, мучительный звук и не понял, кто его издал — он сам или чудовищная фигура.

Пульс бился всё быстрее. Внутри поднимался страх и сдавливал горло — такой сильный страх Максу редко доводилось испытывать в жизни.

Сочетание красного свечения и теней превращало лицо монстра в уродливое подобие человеческого. Макс заскулил и попытался отвернуться, чтобы больше не видеть этого кошмара, но что-то ему мешало.

Внезапно фигура пришла в движение. От неё отделилось что-то тёмное и потянулось к Максу.

Руки.

Они приближались к его лицу.

Всё происходило в зловещей тишине, которую нарушало лишь поскуливание, невольно вырывавшееся у Макса.

Этот бессильный ужас… Почему он ничего не делает? Почему не вскакивает, не бросается на это существо, не сопротивляется?..