— Именно так. Не навсегда. Лишь на время моего визита, конечно же. Не думаю, что он затянется надолго, хоть даже время в Артикалисе бежит быстрее…

— Подождите, Ласориан, – королева выставила ладонь, останавливая меня. – Вы же понимаете, что это невозможно. Дакота слишком важна.

— Но её никто и не собирается у вас отнимать. Я лишь прошу о жесте доверия. Пусть на мальчишку мне плевать, все же я оскорблен. Своей ложью вы подорвали наш союз, вы водили меня за нос и лгали в лицо. Если вы хотите и дальше сотрудничать с Первым миром и со мной лично – я прошу дать Дакоте возможность покинуть пределы Артикалиса.

Солария ответила не сразу. Она вся вытянулась, будто струна, что вот-вот порвется. Её длинные тонкие пальцы коснулись губ, и королева вновь застыла, глядя куда-то в сторону и пытаясь осмыслить сказанное.

— Что будет, если я откажусь принимать ваше условие? – прямо спросила она наконец. – Потерять поддержку Первого мира для нас критично, но потерять Дакоту – смертельно.

— К сожалению, я не могу точно предугадать, как мой брат отнесется к известию обо всем происходящем. Я своими глазами заглянул вглубь приюта, который паразитировал на наших магических технологиях. Все эти «игры с душой» стали доступны вам лишь с нашей помощью. Однако королевская семья Первого мира не понимает, сколько детей пострадали. В целом, все подробности этого дела довольно тщательно скрывались. Вы умудрялись закрашивать кровь белыми красками, и как вы правильно заметили: первомирцы могут не понять…

Я не говорил этого напрямую, но мы оба понимали: да, если Солария упустит Дакоту, для её рода всё будет кончено. Но Артикалис прекратит своё существование куда быстрее, если вступит в военный конфликт, который столь молодому миру объективно не по зубам. Нам не понадобится даже отправлять сюда все силы. Хватит моей сестры с десятком отрядов магов, чтобы захватить столицу.

Конечно, вытравливать саму Соларию из её замка-домена мы будем долго и проблематично. Но чего стоит королева или даже богиня без своих подчиненных и священников?

— Зачем вам это, Ласориан?

— Я боюсь, что вы обманете меня снова. И пока я буду вести переговоры дома, жизнь Дакоты закончится куда раньше, чем через обещанное мне время. К тому же показать ей старейший из миров – это правильно. Просто чтобы девочка успела ухватить кусок лучшей жизни.

— В Артикалисе детям запрещают рассказывать сказки о других мирах, а вы просите меня натурально выпустить…

«Самую ценную овцу из загона», – подумал я, но королева продолжила иначе:

— … нашу студентку за пределы её понимания.

— Вы уже впустили к себе дракона, – я пожал плечами. – Позволили мне провести лекцию о существовании иных миров. А один из ваших профессоров резал фею, чтобы из её внутренностей делать артефакты для неугодных власти. Думаю, пора перестать держаться за попытки остаться в стороне. Если вы верите, что Артикалис так хорош и прекрасен, тогда почему прячете от своих людей прочие миры? Чтобы никто не задумался, что можно «по-другому»? Едва ли Дакота за отведенное ей время успеет поднять революцию с теми знаниями, которые приобретет. Проблема ведь наверняка не в этом. Вы просто мне не доверяете…

— Как я могу вам доверять, Ласориан, если вы начинаете испытывать чувства к девочке? Вы не смогли удержаться от обычного танца, но хотите сказать, что вернете её обратно и отдадите в будущем на верную смерть?

Хорошие вопросы. Я бы и сам их задавал. Хотя слушать о «чувствах» в этих стенах не планировал.

— Вы очень мудрая и прозорливая женщина, Солария, – заговорил я абсолютно искренне, убрав из голос любые остатки иронии и гнева. – Меня впечатляет, как вы легко разменивать фигуры, чтобы прийти к победе. Если честно, я даже разделяю ваши принципы правления. Винтики созданы для того, чтобы механизм продолжал движение, и сердцевина не замирала.

— К чему вы ведете этот монолог щедрых комплиментов?

— Я хотел сказать, что при всей вашей мудрости, вы просмотрели во мне главное: в первую очередь я политик. А уже потом человек. Я верну Дакоту в Артикалис через месяц. Даю вам слово.

Моя убедительность не пронзила Соларию в самое сердце, лишь создала маленькую брешь в её защите полного отрицания. Она ещё долго молча смотрела на меня. Столь пристально и внимательно меня не изучала ещё ни одна женщина…

— Я не правила бы целым миром, если бы могла положиться на слово, Ласориан, – заговорила, наконец, королева твердым и непоколебимым голосом. – Вы готовы заключить магический пакт?

Я усмехнулся. Пошлое, но практичное решение.

— Что вы хотите получить взамен в случае, если я не сдержу слово?

— Как на счёт вашей жизни? – Солария вдруг вытянулась вперед, будто змея, которая ощутила возможную жертву. Её глаза сузились. Она следила за каждой моей реакцией.

Я же не сдержался и усмехнулся.

— Не слишком ли большое условие для «жеста доверия»?