— Простите, — перебил он с виноватым видом. — У меня сейчас действительно слишком много дел. Всё, что готовилось к завтрашнему мероприятию ещё несколько месяцев назад, вдруг полетело кувырком, и теперь приходится многое перекраивать. Боюсь, придётся отложить наш разговор до завтра.

— Без проблем. Прямо с утра? — предложила она.

Он кивнул:

— Да, получится.

— Спасибо. Тогда не буду больше задерживать и поеду на Миконос.

Он удивлённо посмотрел на неё:

— А что вам делать на Миконосе?

Она улыбнулась:

— Искать отель.

— Вы здесь по заданию редакции? Расходы покрывают они?

Она покачала головой:

— Это не официальная командировка — всё за свой счёт. А что?

— Тогда забудьте про отель. Оставайтесь на острове.

— Спасибо, но не стоит. — Она встала и потянулась к чемоданчику на колёсах.

— Ещё как стоит — Миконос чертовски дорогое место. — Он окинул взглядом маленький чемодан и мимолётно посмотрел на её свободную одежду. Очевидно, решил, что бюджет у неё скромный.

— Это очень любезно, но я не могу принять ваше предложение. — Она улыбнулась ему.

Разумеется, неправда. Ей совершенно не хотелось тащиться с чемоданом вниз к бухте, звонить Никосу и просить, чтобы её забрали. Но прежде чем согласиться, она хотела понять, насколько Данненбергу важно, чтобы она осталась на ночь. Тем более что он ловко выведал, знает ли вообще кто-нибудь, что она здесь.

Он внимательно посмотрел на неё.

— Вот что я вам скажу… Сейчас, в начале мёртвого сезона, на Миконосе уже можно найти более или менее бюджетные отели, но почти все работают по одной паршивой схеме. Предложат дешёвый номер, но на первую ночь он, к сожалению, занят. Зато поселят в частную комнату у приятеля хозяина — по совершенно грабительской цене. Я сам на это купился, когда только приехал сюда.

— Не хочу вас обременять, у вас и так дел невпроворот.

Он отмахнулся:

— Сестра Мило, Филомела, подготовит вам комнату на вилле. Балкон с видом на море устроит? Там вас никто не побеспокоит — спокойно работайте над подкастом. А захотите — пользуйтесь бассейном или вечером поужинайте в доме. Никаких проблем, вы — желанный гость.

— А Мило Бакис не будет против?

— Его здесь нет.

— Тогда большое спасибо. — Она слегка поклонилась. — С удовольствием принимаю.

— Отлично, я всё устрою. Приходите к вилле через десять минут. — Он развернулся и зашагал прочь.

Родос проводил его взглядом.

— Что скажешь? — шепнула она, когда Данненберг скрылся из виду. — Если он действительно убил Нину… с чего бы ему так стараться оставить меня здесь на ночь? Разве он не захотел бы поскорее от меня избавиться?

Она снова села и рассеянно запустила пальцы в шерсть Родоса.

А может, Данненберг просто невероятно хитёр — и когда-то обвёл вокруг пальца судей и присяжных, а теперь своим обаянием одурачил и её. Тогда он, вероятно, разглядел опасность, которую несут она и её расследование, и хочет держать её рядом, чтобы выяснить, что ей известно.

И убить во сне…

Родос смотрел на неё преданными глазами.

— Вот именно. То, что он кажется милым и безобидным, ещё не значит, что он и правда милый и безобидный.

Однако, поскольку её девиз гласил: держи друзей близко, а врагов ещё ближе, — она приняла предложение.Впрочем, может, Данненберг рассуждал точно так же.

Она ещё несколько раз бросила Родосу серую игрушечную косточку, допила лимонную воду и почувствовала, как заурчал живот. Потом в сопровождении пса направилась к вилле.

Изнутри дом оказался таким же ярким и приветливым, как снаружи. Приятная прохлада, запах камня и старого дерева. Нитяные шторы из бусин позвякивали на сквозняке. Пол просторной гостиной был выложен крупными плитами; у одной стены стоял камин из дикого камня; сквозь широкие арочные окна в синих рамах лился свет. Потолок с тяжёлыми балками, комоды и уголки для отдыха, витрины с керамикой, яркие картины и кованые книжные полки. Идеальное место, чтобы приехать в отпуск и привести душу в порядок.

Данненберга нигде не было — только экономка выглянула из кухни и указала наверх, на лестницу. Родос побежал первым, Елена потащила чемоданчик по скрипучим ступеням.

Наверху тянулся узкий коридор со множеством дверей. Одна стояла нараспашку. Из неё как раз выходила высокая пожилая женщина с длинными седыми волосами в белом платье. Елена увидела её только со спины — та уже отвернулась и быстро зашагала по коридору. Босиком, как и Данненберг.

— Калимера!(«Здравствуйте!») — крикнула Елена ей вслед. — Эфхаристо!(«Спасибо!»)

«Здравствуйте» и «спасибо» — на большее её греческого как раз хватало.

Женщина обернулась и странно улыбнулась. В целом красивая — стройная, с тонкими чертами лица, — но в глазах читалась какая-то растерянность. Елена дала бы ей около семидесяти. Значит, сестра Мило.

— Эфхаристо, Филомела, — повторила Елена.

Женщина кивнула, отвернулась и скрылась в глубине коридора. Через мгновение за поворотом хлопнула дверь.