Бонтраджер шел впереди, пригибаясь и держа свой фонарик близко к земле. Они были не более чем в сотне футов от здания школы. Пока они пробирались обратно сквозь деревья, Джессика пыталась разобраться в планировке. В маленьком строении не было ни крыльца, ни балконов. Там была одна дверь и два окна спереди. Его стены были скрыты деревьями. Под одним из окон лежала небольшая груда кирпичей.

Когда Джессика увидела кирпичи, она поняла. Это мучило ее несколько дней, и теперь она наконец поняла.

Его руки.

Его руки были слишком мягкими.

Джессика заглянула в окно напротив. Сквозь кружевные занавески она увидела интерьер одной комнаты. В глубине находилась небольшая сцена. По всему пространству было разбросано несколько деревянных стульев, но никакой другой мебели.

Повсюду горели свечи, включая богато украшенную люстру, подвешенную к потолку.

На сцене стоял гроб, в котором Джессика увидела фигуру женщины. Женщина была одета в клубнично-розовое платье. Джессика не могла видеть, дышит она или нет.

На сцену вышел мужчина, одетый в темный строгий фрак и белую рубашку с крылышками. Его жилет был красного цвета с узором пейсли, а галстук - из черной шелковой ткани. Из кармана жилета торчала цепочка от часов. На соседнем столике лежал викторианский цилиндр.

Он стоял над женщиной в искусно вырезанном гробу, изучая ее. В его руках была веревка, которая петлей тянулась к потолку. Джессика проследила взглядом за веревкой. Было трудно что-либо разглядеть сквозь грязное окно, но когда она выбралась наружу, у нее по спине пробежали мурашки. Над женщиной висел большой арбалет, нацеленный ей в сердце. В наконечник была вставлена длинная стальная стрела. Лук был натянут и соединялся с веревкой, которая пропускалась через проушину в балке, а затем спускалась обратно.

Джессика пригнулась, двигаясь к более светлому окну слева. Когда она заглянула в него, сцена не была затемнена. Она почти хотела, чтобы это было не так.

Женщиной в гробу была Никки Мэлоун.

92

Бирн и Винсент поднялись на холм с видом на тематический парк. Лунный свет заливал долину чистым голубым светом, и они получили хороший обзор планировки парка. Каналы змеились среди заброшенных деревьев. За каждым поворотом, иногда вплотную друг к другу, были выставлены экспозиции и задники, достигавшие высоты пятнадцати-двадцати футов. Некоторые выглядели как гигантские книги, другие - как богато украшенные витрины магазинов.

В воздухе пахло землей, компостом и гниющей плотью.

Только в одном здании горел свет. Небольшое строение, не более двадцати на двадцать футов, недалеко от конца главного канала. С того места, где они стояли, они видели тени в свете. Они также заметили двух человек, заглядывающих в окна.

Бирн заметил тропинку, ведущую вниз. Она была по большей части заснежена, но по обеим сторонам стояли указатели. Он указал на нее Винсенту.

Несколько мгновений спустя они направились в долину, к реке Сторибук.

93

Джессика открыла дверь и вошла в здание. Она держала оружие наготове, направив его в сторону от мужчины на сцене. Ее сразу поразил сильный запах увядших цветов. Гроб был до краев набит ими. Маргаритки, ландыши, розы, гладиолусы. Запах был глубоким и сладковато-приторным. Ее чуть не стошнило.

Странно одетый мужчина на сцене немедленно повернулся, чтобы поприветствовать ее.

"Добро пожаловать в Сторибук Ривер", - сказал он.

Хотя его волосы были зачесаны назад с пробором, похожим на бритву, с правой стороны, Джессика сразу узнала его. Это был Уилл Педерсен. Или молодой человек, назвавшийся Уиллом Педерсеном. Каменщик, которого они допрашивали в то утро, когда было найдено тело Кристины Джакос. Человек, который пришел в "Круглый дом" - собственный магазин Джессики - и рассказал им о картинах с луной.

Они схватили его, и он ушел. Гнев скрутил желудок Джессики. Ей нужно было успокоиться. "Спасибо", - ответила она.

"Там холодно?"

Джессика кивнула. "Очень".

"Что ж, можешь оставаться здесь, сколько захочешь". Он повернулся к большой "Виктроле" справа от себя. "Тебе нравится музыка?"

Джессика была здесь раньше, на границе такого безумия. На данный момент она будет играть в его игру. "Я люблю музыку".

Крепко держа веревку в одной руке, другой он повернул рукоятку, поднял рычаг и поставил его на старую пластинку со скоростью 78 оборотов в минуту. Началось отрывистое исполнение вальса, исполняемого на каллиопе.

"Это "Снежный вальс", - сказал он. "Это мой самый любимый".

Джессика закрыла дверь. Она оглядела комнату.

"Итак, тебя зовут не Уилл Педерсен, не так ли?"

"Нет. Я приношу свои извинения за это. Я действительно не люблю лгать".

Эта идея мучила ее несколько дней, но не было причин отказываться от нее. Руки Уилла Педерсена были слишком мягкими для каменщика.

"Уилл Педерсен - это имя, которое я позаимствовал у очень известного человека", - сказал он. "Лейтенант Вильгельм Педерсен иллюстрировал некоторые книги Ганса Христиана Андерсена. Он был действительно великим художником".