— Может быть, — Замиир пожал плечами. Ладонь его машинально скользнула по подлокотнику, будто в поисках опоры. — А может, вы преувеличиваете угрозу. С моей стороны границы… тихо.

«Я хочу расцарапать ему лицо», — гнев Рейны полыхал внутри меня.

«Звучит слишком хорошо».

— Пока, — я выдержал его взгляд. — Пока тихо. Но это лишь вопрос времени.

— Время, время... — он потянулся за куском лепешки. — Удивительная штука. У одних его слишком много, у других — катастрофически мало. Вы, например, явно торопитесь. А я могу себе позволить подождать. Посмотреть, как развернутся события.

Я сжал челюсти. Рейна рядом застыла. Замиир в ответ лишь улыбнулся шире.

— Но вот что меня действительно интересует, — он наклонился вперед, сложив руки на столе. — Вы говорите о тенях так, словно это… стихийное бедствие. А что, если это не так? Что, если у Теней есть цель?

В зале повисла длинная пауза.

— Кто управляет ими? — он посмотрел прямо на меня.

— Никто! — вспыхнула Рейна рядом со мной.

— Ммм, — протянул Замиир, скользнув по ней взглядом. — Дорогая Рейна, у вас прекрасный голос. Так вот, должен вам сказать, что так не бывает. Если в этом мире есть что-то, то этим непременно должен кто-то управлять. А если так, то с этим кем-то можно попробовать договориться.

— И еще как бывает, — возразила она. — Тени неуправляемы. Они просто приходят и сжирают все, что попадается на их пути.

Ее кожа покрылась мурашками, несмотря на жару в зале. Я видел, как побелели костяшки ее пальцев, сжавших подлокотник кресла.

— Вы еще так юны. Пожалуй, я расскажу вам легенду. Давным-давно, когда боги жили среди людей, среди них существовала… богиня тьмы.

— Ксералия? — Лия вопросительно посмотрела на него.

Замиир медленно отпил из кубка, и уголок его губ дрогнул в одобрительной улыбке.

— Мы называем ее Ноксара, но, предполагаю, что во Фростхейме и… Империи у нее другие имена.

— Мы не особо почитаем богов, — я пожал плечами.

— Может, в этом ваша ошибка? — Замиир сверкнул глазами. — У нее было множество имен. Богиня ночи, Повелительница теней, Та, что взирает из-за завесы. Одни называли ее матерью Бездны. Другие — самой смертью, ведь каждую ночь солнце умирает, чтобы утром возродиться...

Он медленно откинулся на спинку кресла. Солнце уже зашло за горизонт, и слуги зажгли в зале свечи, пламя которых играло на поверхности вина и отбрасывало причудливые тени на стены.

— Говорят, старые боги завидовали ее красоте и могуществу, и потому изгнали Ноксару в вечную тьму, туда, где нет ни времени, ни жизни. Что, если она никогда не покидала этот мир вместе со старыми богами? Что, если Тени — это дыхание самой богини, проснувшейся после тысячелетнего сна?

Правитель Синкая говорил, растягивая слова. Слова, слова, слова… Они сыпались, как песок сквозь пальцы, бесполезные и бесконечные.

— И как это поможет в борьбе с Тенями? — Рейна нетерпеливо поерзала на своем стуле. Вся эта сцена, скорее всего, ее порядком утомила. — Это всего лишь легенда.

— Но вам ли не знать, что иногда в старых легендах скрыта истина?

— Проблема легенд — в пересказывающих их людях, — она раздраженно поджала губы, отставив тарелку. Лепешка на ней оказалась растерзана на мелкие крошки. К другой еде она даже не притронулась. — Любую историю можно перевернуть с ног на голову.

— Привилегия выживших, — согласился Замиир с улыбкой. — Писать историю так, как им удобно.

Я раздраженно постучал пальцами по столу. Выживших может не остаться, если мы будем сидеть здесь и слушать сказки.

Мы провели в этом душном, воняющем потом и специями зале больше двух часов и ни на шаг не приблизились к цели. Замиир водил нас кругами, уклонялся, говорил обо всем и ни о чем, избегая ответов на мои вопросы.

— Что вы хотите? — я выдохнул сквозь зубы. — Давайте без игр. Назовите свою цену.

— Северяне, — Замиир картинно закатил глаза и откинулся на спинку кресла. — У вас, драконов, есть все время мира, а вы все спешите. Даже сейчас, за этим прекрасным ужином, среди друзей...

— У меня нет всего времени мира, и вы это знаете, — я перебил его. — Мир стоит на пороге войны, и Фростхейм первым примет удар. А за нами падут остальные королевства. Включая Синкай. Так чего вы хотите? — я наклонился вперед, не отрывая от него взгляда. — Мы бы не вели эту беседу, если бы вы не были готовы к сотрудничеству. Давайте будем откровенны. Что нужно Синкаю?

В зале повисла тишина, нарушаемая лишь едва уловимым потрескиванием угольков в жаровне с благовониями.

— Я прикажу подать сладости, — Замир отставил в сторону тарелку — пальцы, украшенные золотыми перстнями, дрогнули — и подал знак слугам. — Как насчет брака, князь?

— Брака? — я скривился, чувствуя, как внутри закипает гнев. Вот к чему были эти предисловия.

— Драконья кровь сильна. Я бы предпочел, чтобы часть этой силы текла в жилах моего рода. У вас есть прекрасная сестра. И она, насколько я знаю, не замужем. Моему сыну скоро исполнится двадцать.

— Исключено, — отрезал я. — Фростхейм не торгует своими дочерьми.