Дальше началась работа.

Рем не танцевала и не фехтовала. Она шла сквозь них. Ци, спрессованная в её теле, делала кости прочнее, а мышцы — быстрее, чем позволяла человеческая физиология и даже мутантская. Клинки ломались об неё. Метательные звёзды вязли в коже и выпадали, вытолкнутые регенерацией.

Одному она свернула шею. Второго схватила за лодыжку и с размаху приложила о конёк крыши так, что позвоночник переломился в трёх местах, а от удара треснула черепица. Третьего просто взяла в объятия и сжала — раздался мокрый хруст, и в лунном свете стало видно, как под кожей у него вылезли кости.

— Семь, — довольно сообщила Рем, отбрасывая обмякшее тело.

С другого конца крыши раздался тихий хлопок.

Мер работал совсем иначе. Он вообще почти не двигался. Стоял на месте, широко расставив ноги, и ждал, когда к нему подойдут. А когда подходили — он бил. Ровно один раз на человека.

Первый ниндзя прыгнул на него сверху, занеся меч над головой. Мер поднял открытую ладонь и коснулся груди летящего тела.

Ниндзя отбросило назад. Он пролетел через всю крышу, ударился о кирпичную трубу — и труба сложилась. А когда тело сползло на черепицу, стало видно, что его грудная клетка вдавлена внутрь, а изо рта и ушей течёт что-то тёмное.

Эмиссия. Ци, выброшенная за пределы тела, вошла внутрь и разорвала всё, что было внутри, не повредив кожу.

Ещё одного Мер поймал, поднял на вытянутой руке и посмотрел ему в лицо.

— Кто вас послал? — спокойно спросил он.

Ниндзя захрипел, дёрнулся — и вонзил себе в шею короткое лезвие, спрятанное в рукаве. Хлынула кровь.

Мер разжал пальцы, и тело упало ему под ноги.

— Не старайся, — крикнула снизу Рем, вытирая руки о чей-то плащ. — Они все так делают. Фанатики.

— Печально, — вздохнул Мер, глядя на труп. — Отец говорил, что самоубийство — худший вид смерти.

— Твой отец вообще много говорит, — ухмыльнулась Рем.

— В отличие от некоторых, он хоть со мной говорил.

— Мер!

— Я закончил со своими, — невозмутимо сообщил рыжий гигант. — Кстати, тот двенадцатый. Он уходит.

Рем хищно улыбнулась и перегнулась через край крыши.

Внизу, вжимаясь в стену, скользила тень. Тот самый осторожный, который всё понял и решил уйти.

— Не в мою смену, милый.

*****

Интерлюдия. Ванесса

Ванесса Даркнесс терпеть не могла две вещи: солнечный свет и когда ей мешают работать.

Сегодня, к счастью, солнца не было. Только низкие тучи, духота и склад Руки в западной части порта, который скоро перестанет существовать.

Она стояла на крыше соседнего здания, накинув капюшон, и вслушивалась в ночь.

Темнота за её спиной зашевелилась. Из неё соткались фигуры — семеро вампиров клана Мистикос. Ещё в тенях у стены, приземисто и тяжело дыша, ждали четыре волка. Огромные, лохматые, с горящими глазами.

Ванесса ощущала их всех как продолжение своей воли. Вампиры подчинялись ей по праву крови — она была старше и сильнее любого из них, даже став дампиром. А волки… волки слушались, потому что так велел Джеймс. Для них она была голосом Альфы.

— Правила простые, — Ванесса подняла палец. — Часовых беру я. Дальше вы заходите с крыши и через окна. Волки идут в лоб, через ворота.

Один из волков негромко рыкнул.

— Да, можно есть, — устало разрешила она. — Но не всех. Мне нужны двое живыми. Джеймс просил хоть кого-нибудь притащить.

Волк фыркнул, явно разочарованно.

— И не жалуйся мне тут. В прошлый раз вы сожрали всех. Кайл потом три часа объяснял мне, что так нельзя.

Она посмотрела на небо, дождалась, пока луна окончательно спрячется за тучу, и коротко скомандовала:

— Пошли.

И шагнула с крыши, размазавшись в воздухе тёмной полосой. Материализовалась она прямо между двумя часовыми у ворот. Те даже не успели повернуть головы.

Ванесса взяла обоих за затылки и с силой свела их головы вместе.

Хруст. Оба тела осели, не издав ни звука.

— Чисто, — шепнула она.

И тут же ночь взорвалась.

Ворота склада разлетелись в щепки — четыреста килограммов озверевшей шерсти вынесли их, не сбавляя скорости. Волки ворвались внутрь.

С галереи ударили луки. Четыре стрелы вошли в бок ближайшего зверя. Тот взвыл, но не упал.

А потом на галерею с потолка обрушились вампиры.

Мистикос работали молча. Они просто падали сверху, ломая шеи и разрывая горла. Один лучник успел закричать, но крик быстро оборвался.

Ванесса вошла в склад последней, неторопливо, поправляя капюшон.

Внутри уже стоял тот характерный запах, который она за столько лет полюбила: свежая кровь, страх и вспоротые внутренности. А посередине стояло несколько человек, вокруг которых кружили оборотни.

— Демон, — прошипел один из них.

— Дампир, — поправила Ванесса. — Есть разница. Демоны хотя бы иногда договариваются.