Обиднее всего было то, что на этот раз у меня действительно получалось.

Анастасия испуганно замерла в дверях. Но, к моему огромному удивлению, её взгляд почти сразу соскользнул с моей разъярённой, клыкастой физиономии и… намертво приклеился к Меру.

Девушка уставилась на широкоплечего, экзотичного рыжего гиганта, сидящего на татами в свободной тренировочной рубашке. И прямо на моих глазах её бледные щёки залил густой, предательский румянец. Она даже рот слегка приоткрыла.

«Вы издеваетесь надо мной? — мысленно застонал я, чувствуя, как ярость сменяется раздражением. — Ещё одна? У этого рыжего что, встроенный магнит для женщин?!»

Я шумно выдохнул, заставляя когти втянуться обратно, и силой воли погасил свечение в глазах.

— Что произошло, Настя? — всё ещё не до конца остыв, спросил я. — Ты же знаешь, я просил не прерывать тренировку.

Девушка вздрогнула, с видимым трудом оторвав взгляд от Мера, и торопливо заговорила:

— Простите, босс! Но там… к мистеру Брофловски пришли очень странные люди. Они требуют немедленной встречи лично с вами.

«Брофловски», — хмыкнул я про себя. Кайл Брофловски, заместитель покойного Кенни Маккормика, который временно взял на себя оперативную работу.

— Клан Руки? — я мгновенно подобрался. Если эти ниндзя-фанатики решили заявиться ко мне в открытую, я им устрою такой тёплый приём, что они надолго забудут сюда дорогу.

— Нет, сэр. Кайл сказал, что это точно не они, — Анастасия нервно поёжилась. — Но эти… они страшные, мистер Хоулетт. От них веет смертью и холодом, я это чувствую. Мои растения волнуются.

Вот это уже было интересно. Её дар редко ошибался.

— Мер, на сегодня закончим. Продолжим позже, — я накинул на плечи пиджак, висевший на стуле, и быстро направился к двери. — Пойду проверю, что там за гости пожаловали к Кайлу.

Проходя мимо Анастасии, я краем уха уловил, как Мер, плавно поднявшись с татами, бархатным баритоном произнёс:

— Вы, должно быть, Анастасия? Мой отец много рассказывал о красоте западных женщин, но реальность, смею признать, превзошла все мои ожидания… Вы не ушиблись, когда так торопились?

Я услышал, как девушка тихо, смущённо хихикнула.

«Вот же семейка! Что мать, что сын — мастера пудрить мозги с первого взгляда, — с ироничной усмешкой подумал я, ускоряя шаг по коридору. — Яблоко от яблони. Главное, чтобы он мне помощницу не испортил».

*****

Интересно, кого ещё принесло в мои пенаты и что этим неизвестным снова от меня потребовалось?

Шагая по коридорам особняка, я ловил себя на мысли, что темп моей жизни всё ускоряется и ускоряется. Казалось, само мироздание ехидно подыгрывает мне, постоянно подкидывая новые вводные, чтобы я, не дай бог, всё успел и ни на секунду не смел расслабиться.

По логике вещей, всё должно было быть с точностью до наоборот. Я же теперь, можно сказать, бессмертный. В книжках из моей прошлой жизни, в тех же фэнтези про эльфов или драконов, ясно писалось: существа, живущие тысячелетиями, теряют чувство времени. Для них десятилетие — пшик, они созерцают вечность.

«Ага, размечтался, Джеймс, — мысленно хмыкнул я, ускоряя шаг. — В твоём коде бессмертия явно закралась ошибка. Твоя вечность работает по принципу: беги, Форрест, беги, а то догонят и вломят».

Но, если отбросить философию и признаться самому себе честно, меня этот бешеный ритм полностью устраивал. Так жить было в разы интереснее, чем просиживать штаны в уютном кабинете, заплывая жирком и скукой.

Дойдя до дверей приёмной, я увидел Кайла. И картина эта вызвала у меня искреннее недоумение. Нынешний глава филиала моей корпорации на Мадрипуре, человек, который должен железной рукой контролировать миллионные финансовые потоки, мялся у собственной двери, как нашкодивший школьник перед кабинетом директора.

Заметив меня, он шумно выдохнул, и его лицо буквально просветлело.

— О, наконец-то, господин! — обрадовался он моему приходу.

— Слушай, Кайл, — я остановился напротив него. — А что ты тут мнёшься, как бедный родственник на пороге? Это же твой кабинет. Ты здесь хозяин.

— Да неприятно с этими… находиться в одном помещении, — Кайл поморщился, неопределённо махнув рукой в сторону закрытой двери. — Да и встретить вас лично хотел, чтобы ввести в курс дела. Вот Кенни… Кенни был другим. Он был более храбрым. Всегда говорил, что не боится смерти, и лез на рожон.

Последнюю фразу Кайл прошептал совсем тихо, опустив глаза. Но мой обострённый слух уловил каждое слово.

Я только молча покачал головой. Кенни Маккормик действительно не боялся смерти — и именно поэтому погиб. Даже тела не осталось, которое можно было бы похоронить. Смелость без силы в этом мире — кратчайший путь на кладбище. Кайл, может, и не был героем боевиков, зато его инстинкт самосохранения работал отлично. А мне сейчас нужны были живые, осторожные руководители, а не мёртвые храбрецы.