Следом за Сайласом внутрь хлынули бойцы «Ночной Стражи». Тяжёлые помповые дробовики рявкнули в унисон. Крупная картечь, отлитая из чистого серебра и освящённая в купелях, рвала тела носферату на куски.

Но семья Вольфрама не была беспомощным стадом. Это были старые, сильные кровососы. Оправившись от первого шока, они сбросили человеческие маски. Их лица исказились, клыки удлинились, и они бросились в ответную атаку со скоростью, недоступной человеческому глазу.

Один из вампиров, перемахнув через мраморную лестницу, рухнул сверху прямо на молодого охотника, целясь когтями ему в горло. Парень не успевал вскинуть оружие. Но в ту же долю секунды серая тень сбила нападающего в полёте. Это был Лиорик. Старейшина Мистикос мёртвой хваткой вцепился в шею врага и, издав глухой рык, с хрустом вырвал ему кадык.

— Смотри наверх, человек! — брезгливо бросил Лиорик, отшвыривая труп.

— Спасибо, пиявка, — прохрипел спасённый охотник. И тут же, не целясь, выстрелил из дробовика прямо над плечом старейшины, снося голову вампирше, которая пыталась ударить Лиорика со спины. Обезглавленное тело рухнуло, рассыпаясь прахом. Лиорик лишь коротко кивнул в знак признательности, и оба снова ринулись в кровавую мясорубку.

Они прикрывали друг друга. Вековые враги, движимые одной целью и волей Джеймса Хоулетта, действовали как единый механизм. Там, где охотникам не хватало скорости, били когти Мистикос. Там, где вампиры не справлялась, в дело вступали серебро и огонь «Ночной Стражи».

Но настоящим хищником на этом балу смерти была Ванесса.

Дампирша не просто убивала — она наслаждалась каждой секундой этой бойни. Она упивалась своей новой, живой природой. Ванесса двигалась сквозь толпу врагов, словно серебряная молния, танцующая под кровавым дождём.

Двое элитных стражей особняка попытались взять её в клещи, обнажив мечи. Ванесса звонко, заливисто рассмеялась. Она грациозно нырнула под клинок первого, её рука, напитанная силой, пробила его грудную клетку навылет. Не останавливаясь, она перехватила второго стража за шею. Её глаза вспыхнули потусторонним светом, клыки выдвинулись, и она с хищным стоном впилась ему в яремную вену.

Густая, концентрированная сила чужой жизни хлынула ей в горло. Это был чистый экстаз. Ванесса пила жадно, до дна. Вампир в её руках забился в конвульсиях, стремительно усыхая, пока не превратился в серую, безжизненную шелуху. Она брезгливо разжала пальцы, позволяя праху осыпаться на ковёр, облизала окровавленные губы и бросилась к следующей жертве.

Третий. Пятый. Десятый.

Она выпивала их одного за другим. Каждый глоток вампирской крови разжигал пламя в её венах, делая её быстрее, сильнее, смертоноснее. Дампирша была опьянена битвой. Платья рвались, картины на стенах покрывались брызгами крови, изысканная мебель превращалась в щепки под весом ломающихся тел.

Расчищая себе путь, Ванесса методично пробивалась на верхние этажи, туда, где находились личные покои хозяина гнезда. Она искала барона Вольфрама. Она жаждала его силы.

Выломав массивные дубовые двери кабинета, Ванесса ворвалась внутрь. Но вместо барона она увидела лишь одного из старейших вампиров этого гнезда. Седой, иссохший кровосос лихорадочно запихивал пачки документов в кожаный саквояж, готовясь бежать через потайной ход.

Увидев Ванессу, залитую чужой кровью, с горящими серебром глазами, он зашипел и метнулся к ней, выставив вперёд когти.

— Медленно. Слишком медленно, старик, — промурлыкала Ванесса.

Она легко ушла от удара, перехватила его запястье и с влажным хрустом сломала ему руку. Старик взвыл. Дампирша ударом колена под дых бросила его на колени, а затем железной хваткой вцепилась в его седые волосы, запрокинув голову назад.

— Где Вольфрам? — прошипела она ему прямо в лицо. — Где этот трусливый ублюдок?!

Старый вампир кашлянул кровью, но на его морщинистом лице расплылась злая, торжествующая ухмылка.

— Ты опоздала, предательница своего народа… — прохрипел он, глядя на неё с фанатичной ненавистью. — Наш Господин… он покинул гнездо. Всего несколько часов назад. Ему пришло сообщение… он уехал в Нью-Йорк! Вы не достанете его!

Внутри Ванессы всё оборвалось. Разочарование было настолько сильным, что она зарычала. Ушёл! Эта хитрая, осторожная тварь каким-то чудом почувствовала опасность или просто невероятно удачно выбрала время для поездки.

«Как же дьявольски повезло этой пиявке, — со злостью подумала дампирша. — Разминулись всего на несколько часов! Что ж, Джеймсу придётся ловить его уже в Большом Яблоке. Но это гнездо всё равно перестанет существовать».

— Какая жалость, — холодно произнесла Ванесса, глядя в глаза старику. — Значит, он бросил свою семью на убой, спасая собственную шкуру. Но знаешь, что самое забавное? Я всё равно не останусь голодной.