Том 6. Глава 80. Часть 2

Интерлюдия. Куница (Клер)

Иногда Клер казалось, что её жизнь совершила совершенно немыслимый, дикий кульбит.

Ещё полгода назад она сидела на берегу ручья и в бессильной ярости ломала сухие ветки, злясь на весь мир. Тогда старейшины решили её судьбу: Куницу собирались выдать замуж за сына вождя соседнего племени, чтобы укрепить шаткие узы между их селениями. Девушка была этому совсем не рада. Она не хотела такой жизни. В ней кипела кровь, жаждущая независимости и свободы. Она грезила о том, чтобы вырваться из родных лесов в Большой Мир бледнолицых, о котором так много слышала. Да, Клер прекрасно понимала, что там нет защиты рода. Там правят золото и сталь. Но ей было всё равно.

И вот, когда до свадьбы оставались считаные дни, произошло то, что перечеркнуло все планы старейшин.

Куница Пробудилась.

Это случилось в ночь, когда на леса обрушилась невиданная по силе гроза. Клер сбежала на своё любимое место, чтобы в последний раз побыть одной и попрощаться с духами родных мест. Небо разрывалось от грома, ливень хлестал по лицу, и девушке казалось, что сам мир оплакивает её безрадостное будущее.

А затем мир взорвался белым светом.

Молния ударила прямо в древнюю сосну в паре шагов от неё. Ударная волна сбила Клер с ног, но часть этой колоссальной, дикой энергии прошла сквозь её тело, что-то пробудив внутри нее. Девушку отбросило на мокрый камень. Кашляя и задыхаясь, она открыла глаза… и поняла, что мир изменился навсегда.

Её зрение словно прорвало невидимую пелену. Она больше не видела просто деревья и камни — она видела сияющие, пульсирующие нити энергии, пронизывающие всё сущее. Дождь был не просто водой, это были сотни крошечных водяных духов, с радостным смехом падающих на землю. Сама земля под её руками ритмично билась, как гигантское живое сердце. Деревья шептались, делясь вековой мудростью, а воздух был наполнен невидимым, но осязаемым течением энергии. Клер стала шаманом.

Когда под утро, промокшая, но с горящими глазами, она вернулась в поселение и всё рассказала матери, Лесная Лань заплакала. Но это были слёзы счастья. Мать обняла её и сказала, что Куница — её величайшая гордость. Отныне ни один вождь не мог приказывать шаману. Она сама стала хозяйкой своей судьбы.

Потом была долгая поездка на север, в поселение племени Кри, к человеку, которого все называли Мудрым Выдрой.

Формально Выдра не был её прямым дедушкой — он был прапрадедом в такой степени, что никто не мог точно сказать Клер, в какой именно. От него пошёл весь их род. Он считался одним из самых могущественных шаманов всех индейских народов и возглавлял племя, в котором жило огромное количество Хранителей — воинов, благословлённых самой природой, способных сливаться с духами зверей.

Их первая встреча навсегда врезалась в память Клер. Взглянув на старика Истинным Зрением шамана, она чуть не упала в обморок. Выдра был подобен древнему, титаническому дубу. Его аура сияла мягким, но невероятно плотным светом, а вокруг него, словно стая покорных светлячков, кружились сотни могучих духов. Старик был искренне рад, что в его роду пробудилось такое сильное дарование, и лично взялся за её обучение. Когда Клер призналась ему, что всё ещё мечтает увидеть мир бледнолицых, Мудрый Выдра лишь хитро, по-доброму усмехнулся. Он пообещал, что обязательно познакомит её с одним необычным «другом», который сможет ей в этом помочь.

Именно тогда она впервые услышала о Великом Духе. О Джеймсе Хоулетте. Клер слышала о таких сущностях только в древних мифах и, глядя на мощь Выдры, искренне сомневалась, что какой-то бледнолицый может быть сильнее её пращура.

Вскоре в поселении появилась странная гостья — Клара Крид. В её крови бурлила дикая сила зверя. Сначала Клер решила, что девушка тоже Хранитель, но ошиблась: это была её собственная природа. Присмотревшись друг к другу, две девушки быстро нашли общий язык и крепко сдружились. Тем более что у Клары, как выяснилось, тоже был слабенький, неразвитый шаманский дар. С ней стало намного веселее.

А потом… потом прибыл сам Джеймс.

Он появился в поселении после сражения, и то, что Куница увидела, взглянув на него духовным зрением, заставило её застыть в парализующем, животном ужасе.

Это был не человек. И даже не просто дух. Перед ней стояло воплощённое Божество. Его аура была настолько колоссальной, что казалось затмевала собой небо. Духи природы, которые всегда вились вокруг Выдры, при появлении Джеймса в панике разбегались или вжимались в землю в акте благоговейного подчинения. Аспекты его души горели ослепительным золотом и багрянцем, излучая такую концентрацию Воли, что сама ткань духовного мира искажалась, прогибаясь под тяжестью его намерений. Рядом с ним мир трещал по швам. Клер поняла, что потенциал этого монстра неописуем.