Черный тесак Ареса со страшным металлическим визгом врезался в сияющую грань Экскалибура. Гранит под моими ногами просел на полметра, — но священный клинок даже не шелохнулся, полностью погасив кинетику.

— Пламя! — коротко выдохнул я.

Экскалибур тут же окутался Негасимым Пламенем. Белый жар пополз по лезвию вражеского меча, металл Ареса зашипел, поплыл, теряя форму и превращаясь в раскаленную жижу. Не давая ему опомниться, я выбросил вперед свободную руку, впечатал ладонь в сочленение его нагрудника и вогнал внутрь доспеха плотную волну божественного огня.

Бог войны под шлемом глухо взвыл.

В ту же секунду я ухватил Диану за перевязь и сорвался с места, выдергивая ее из-под широкого столба небесной молнии, которую Зевс попытался всадить мне в затылок.

— Помоги магам! Я разберусь с Горгоной, — бросил я амазонку на ноги рядом с четой Затара.

Джованни и Затанна как раз сдерживали комбо из белесого тумана Белого Марсианина и выпадов Грима, пытаясь связать эту дрянь круговыми зеркальными чарами.

— Чарльз, стой! — Диана попыталась вцепиться пальцами в мой рукав, ее темные глаза горели лихорадочным блеском. — Не убивай ее, прошу! Она не враг, она рабыня своего проклятия! Олимп сломал ее!

Фраза долетела до меня уже смазанным эхом. Я был в полуметре от Медузы.

Враги среагировали мгновенно: с трех сторон на меня коршунами ринулись Сэвидж, дымящийся Арес и Зевс со своим копьем. Сама змееволосая за такими скоростями физически не успевала, но стоило мне оказаться в поле ее зрения, как парализующий импульс резанул по моим нервам. Тело на миг одеревенело.

Пришлось экстренно распадаться на белое пламя, сбрасывая оцепенение, закручивать вокруг Медузы купол стазис-барьера и световой точкой уходить вертикально в зенит.

Внизу с оглушительным грохотом сошлись удары троицы, разворотив дно кратера до коренной породы.

Они снова промахнулись.

Зависнув на высоте пары километров я сосредоточился на бьющейся внутри барьера женщине. Диана была права. Омега-излучение касалось Медузы лишь по касательной, истинным ядром ее сущности, фундаментом всей этой искаженной анатомии оставалось древнее божественное проклятие. Уродливый узел чужой зависти и злобы, вбитый в ее душу тысячелетия назад.

Я зацепил этот узел Изъятием. Изъять!

Нити древней магии лопнули с сухим стеклянным треском. Одновременно с этим я залил ее тело потоком Белого Пламени, выжигая скверну до последнего грамма.

Перемещение на тысячу километров заняло микросекунду. Я опустил ее на траву в тихом лесу на границе штата, где воздух не был отравлен дыханием Дарксайда.

Трансформация произошла прямо на глазах: чешуя осыпалась серой пылью, шипящие гадюки на голове опали, обращаясь в длинные, шелковистые каштановые пряди, а лицо разгладилось, вернув черты испуганной, изможденной молодой женщины. Оказывается, если снять с человека ярмо чужого безумия, он моментально перестает изображать из себя апокалиптического монстра.

Запечатав бессознательную девушку в стазис-пузырь, я развернулся и ушел обратно в точку боя.

Минус две фигуры за пару минут. Счет становился вполне рабочим.

Однако на дне воронки противники времени даром не теряли. Поняв, что тактика одиночных наскоков с треском провалилась, банда Сэвиджа перестроилась в плотную круговую оборону.

Вандал расположился в самом центре, вогнав обе руки по локоть в растрескавшийся, оплавленный грунт и замерев.

Из глубины земли, в обход фиолетовой Омега-грязи, к нему потянулись толстые, пульсирующие жилы совершенно иной природы. Золотисто-зеленые, тяжелые потоки первородной силы забили ключом, смешиваясь с космической радиацией в противоестественный, дикий симбиоз.

Жизнь и смерть. Земля и энтропия.

Вокруг массивной туши варвара начал раздуваться колоссальный фантомный силуэт льва — переливающегося изумрудом, золотом и маслянистой тьмой. И этот зверь фонил такой первобытной мощью, что даже мои божественные чувства отозвались глухой тревогой.

— Гея! Они вскрыли жилы Матери-Геи! — донесся снизу перекрывающий грохот крик Дианы. Амазонка пыталась пробиться к центру, но глухой заслон не давал ей сделать и шагу.

Сэвидж забаррикадировался на совесть.

Арес, Зевс, безвольный Шазам, гротескная туша Грима, придурок в своем усиленном экзоскелете, который оказался Рас Аль Гулом, и висящий над ними Белый Марсианин выстроились в защитный периметр. Вокруг каждого из них открылось еще по одной червоточине, накачивая строй свежей порцией Омега-частиц.

Ждать, пока этот пещерный реликт полностью переварит силы Титаниды и натянет на себя шкуру планетарного бога, было самоубийством. Ублюдок и так с трудом поддавался урону, а если он нивелирует мою разницу в скорости — пиши пропало.

— Ку-ку, — мой световой силуэт материализовался прямо над опущенной головой Сэвиджа.

Я вложил все доступное ускорение в один прямой выпад Экскалибура, целясь острием точно в затылок варвара.

Клинок прошил воздух насквозь.

Сэвидж коротко осклабился и… просто растаял серым дымом.