Я зацепил Изъятием его «скорость реакции». Свойство коротко взвыло и оторвалось. Омега-фон восстановит ему этот параметр за долю секунды, но этого временного окна мне хватало с головой. Первый ход оставался за мной.

— Экскалибур! — рявкнул я, вливая в клинок Негасимое Пламя.

Священный меч вспыхнул ослепительным золотым светом, в котором закружились белые протуберанцы небесной власти Ангельского Альянса. Широкий, плотный луч концептуального очищения сорвался с лезвия, рассекая пространство над площадью.

Реакция противников была мгновенной.

Грим потерял форму, осыпавшись на землю клочьями белесого тумана, сквозь который луч прошел как сквозь пустоту. Зевс с громовым треском ударил копьем о землю, и лазурная вспышка молнии унесла его вместе с Аресом и Медузой высоко в небо.

Хаммонд взвыл, вскидывая руку с кольцом — вокруг мужчины вырос многослойный багровый купол, щедро сдобренный фиолетовыми разводами антижизни. Шазам, наплевав на гравитацию, с околосветовой скоростью, рванул в обход луча, заходя мне во фланг.

А вот Сэвидж, лишенный на долю мгновения способности вовремя убрать свою тушу с линии огня, лишь хищно осклабился, не став уклоняться. Он просто шагнул навстречу удару, выставив вперед предплечья в золотых наручах.

Золотой шквал фантазма ударил в него в упор.

Остатки Готэма в створе атаки просто перестали существовать. Здания, искореженный асфальт, остовы броневиков, мусор — все это испарилось без взрыва, перейдя из твердого состояния в элементарный газ. На месте бывшего города, развёрзлась гигантская дымящаяся траншея глубиной в добрый десяток километров, дно которой покрылось коркой кипящего стекла. Но мерзкие фиолетовые червоточины Дарксайда даже не шелохнулись — они продолжали висеть в пустоте, словно насмехаясь над священным оружием.

Сэвидж стоял на самом дне этого кратера.

Его львиная шкура сгорела, доспехи частично оплавились и пузырились жидким золотом, а с обугленной кожи, лохмотьями сползала черная плоть. Но прямо на глазах, под мерцанием фиолетовых искр, его раны затягивались с чудовищной скоростью. Мышцы нарастали поверх костей за доли секунды. Он поднял голову и безумно ухмыльнулся, обнажив зубы, покрытые гарью.

Остальные выродки уже стягивались обратно, смыкая кольцо вокруг кратера.

— Значит, ты выбрал смерть, — пророкотал Сэвидж.

И в следующее мгновение он просто исчез. Чистая телепортация, которую я, даже в своей световой форме успел зафиксировать лишь постфактум. Слишком близко. Непозволительно близко.

Коробка. Стальной параллелепипед исчез куда-то ещё во время атаки. Миллионные доли секунды на то, чтобы среагировать, мне никто, разумеется, давать и не планировал. Воздух с металлическим визгом схлопнулся, и мир погас.

Первой мыслью, обжегшей сознание ледяным холодом, было паническое: «Какого хуя?! Я так бездарно сдох в первую же секунду боя?!»

Но паника отступила так же быстро, как и нахлынула. Таймер системного проклятия в углу обзора продолжал мерно отсчитывать секунды. Плюс я по-прежнему находился в своей световой форме, сознание работало четко, а божественный резерв гудел в привычном режиме.

Моя настоящая смерть выглядела совсем иначе — я слишком хорошо знаю тёмную пустоту между воплощениями, чтобы спутать ее с чем-то другим. Здесь, например, царила просто обычная тьма. Отсутствие света, а не нечто более глубокое и древнее.

Я рванул вперед на световом ускорении. Миллион километров. Два миллиона. Пять.

Никакого сопротивления. Никаких преград. Но и самого понятия расстояния здесь, похоже, не существовало — я оставался в той же точке, из которой стартовал. Ни запахов, ни звуков, ни теплового фона. Полный информационный вакуум. И самое главное — здесь не чувствовалось удушливой мерзости Омега-частиц. Значит, меня выбросило не в логово Дарксайда.

— Отдаленно напоминает Фантомную Зону, — произнес я вслух. Звуковые волны не встретили среды и заглохли прямо на связках, оставшись лишь вибрацией в черепе.

Реликт на Сэвидже не стал тратить время на бессмысленный мордобой. Понимая, что в прямом столкновении я рано или поздно сниму печати меча и сотру его в пыль, Сэвидж использовал функционал коробки по прямому назначению. Он активировал режим изоляции, заперев меня во внутреннем кармане артефакта. В портативной персональной тюрьме вне метрики пространства и времени.

Если бы я был обычным метачеловеком или даже криптонцем, меня можно было бы консервировать в этой банке до скончания времен. Но учитывая мою способность выдирать из реальности фундаментальные смыслы… Эта ловушка была не более чем сложным судоку.

Никакой концептуальной опасности здесь не было. Стены этой темницы держались исключительно на программных протоколах ящика Новых Богов.

Я закрыл глаза и сфокусировался на ткани этого мертвого пространства.

Свойства начали проявляться одно за другим, словно строки системного кода на черном терминале.