— Условие всего одно, — Вандал подался чуть вперед, его взгляд стал жестким, — Ты не станешь вмешиваться в фундаментальные законы реальности. Ты примешь мир таким, какой он есть, со всей его жестокостью и порядком, и перестанешь разрушать его несущие конструкции.

Вот оно как. Значит, у этих выродков был не только силовой план, но и вполне проработанная дипломатическая альтернатива.

Они всерьез рассчитывали сторговаться со мной. Предложить статус верховного божества в обмен на невмешательство. И ведь логика в этом была: большинство классических попаданцев или новоиспеченных богов на моем месте крепко бы задумались. Зачем рисковать головой, если тебе на блюдечке подносят целую планету с миллиардами готовых молиться рабов?

Вот только союзники за моей спиной этот маневр точно не оценят.

Но главное было даже не в морали. Главное заключалось в том, что под «фундаментальными законами» этот реликт явно подразумевал ту самую фиолетовую мерзость, которая прямо сейчас доедала останки Готэма. А такое дерьмо я привык выжигать под корень просто из чувства эстетической брезгливости.

— О каких конкретно законах идет речь, Вандал? — с показным любопытством протянул я, чуть наклонив голову набок.

Сэвидж медленно повернул голову в сторону ближайшей трещины в земле, откуда лениво курился фиолетовый дым.

— Мы назвали это Омега-частицами. Первичная материя. Неотъемлемая константа, на которой зиждется само существование этого мира. Они питают силу сильных, они отсеивают слабых, они двигают эволюцию через страдания и кровь. А свое начало эти частицы берут из источника, который мы именуем ДаркСайдом.

Слово упало в тишину площади, словно чугунный шар.

— ДаркСайд? — переспросил я, чувствуя, как внутри что-то щелкнуло.

— Отдельное измерение, — охотно и спокойно пояснил Сэвидж, уверенный, что его аргументы звучат безупречно, — Безграничный резервуар первородной энергии, непрерывно напитывающий наш мир Омега-излучением. Этот процесс нельзя остановить, не уничтожив саму планету. ДаркСайд медленно, но неотвратимо переписывает эту реальность под волю своего творца…

В моей голове словно провернулся сложнейший кодовый замок, и последняя, недостающая деталь пазла со свистом встала на свое законное место. Картина прояснилась окончательно, смывая все накопившиеся в этом мире нестыковки.

Дарксайд в этой вселенной… Он не был космическим тираном, сидящим на троне из черепов. Дарксайд и был этой чертовой вселенной.

Он был ее творцом, ее архитектором, ее фундаментальным законом. Каждая частица этого мира, каждый атом, пропитывающийся Омега-радиацией — все это было частью его гигантского, непостижимого замысла. Этот космический ублюдок создал себе изолированную песочницу, вывернул законы физики наизнанку и замкнул пространство само на себя, чтобы медленно переваривать реальность в собственную утробу.

Именно поэтому сюда не лезли ни архангелы, ни сущности вроде Люцифера — они просто не могли пробиться сквозь закрытый контур чужого карманного кошмара.

И именно поэтому Система за убийство Дарксайда по ходу Великой Миссии, расщедрилась на Божественный Билет. За обычного громилу из классических комиксов таких наград не отсыпают. Чтобы выполнить квест и получить расчет, мне нужно было не просто набить морду очередному инопланетному захватчику. Мне нужно было уничтожить или фундаментально переписать само это измерение к чертовой матери.

Сэвидж продолжал смотреть на меня со снисходительной полуулыбкой, ожидая, пока величие открывшейся картины раздавит смертный разум бывшего жителя Готэма. Бедняга думал, что пугает меня масштабом космического божества.

Я медленно опустил взгляд, посмотрел на свои пальцы, окутанные белым пламенем, а затем тихо рассмеялся.

Смех прозвучал хрипло, раскатисто и совершенно неуместно среди руин мертвого города. Зевс нахмурился, Арес перехватил рукоять двуручника, а Хаммонд нервно задергал кольцом, не понимая реакции.

— Надо же, какое совпадение, — я вытер выступившую от смеха слезинку тыльной стороной перчатки и с хищной улыбкой посмотрел в немигающие глаза Сэвиджа, — А ведь я как раз искал ДаркСайд, чтобы стереть его в порошок вместе со всеми его фундаментальными законами.

Улыбка сползла с лица древнего варвара, сменившись тяжелым оскалом.

— Выходит, Вандал, — я плавно поднял Экскалибур, направляя сияющее острие ему прямо в переносицу, — Мы с тобой расходимся во взглядах на будущее еще сильнее, чем я предполагал.

129. Да будет бой!

— Уничтожить ДаркСайд — значит выдернуть одну из несущих опор этого мира, — нахмурился Сэвидж, и в его голосе прорезалось раздражение, — Я удивлен, что существо твоего порядка не способно сложить два и два. Лиши этот мир источника Омега-частиц, и реальность просто схлопнется, похоронив под обломками твои драгоценные души верующих.

— Просто кроме как уничтожать, наш пернатый Чарли ничего другого и не умеет, — раздался сзади сухой, влажный скрежет.