Наши взгляды встречаются.

Я вижу, как расширяются его глаза. Он чувствует. Он не знает, что именно, но чувствует. В нём есть задатки Силы — не магии, Силы. Интуиция. Эмпатия. Связь с живым миром. Они не развиты, но они есть.

— Кто это? — спрашивает он Сириуса шёпотом.

Сириус морщится.

— Кикимер, — цедит он. — Домовой эльф. Был. Теперь… не знаю. Спроси у него сам.

Гарри смотрит на меня. Я смотрю на него.

Вот ты какой, Гарри Поттер. Не знаю я тебя. Не знаю твоей войны, твоих врагов, твоей судьбы. Но чувствую: судьба этого мира на плечах твоих. И Тьма внутри тебя… знакомая Тьма. Словно отголосок… его.

Я замираю.

Палпатин.

Нет. Не может быть. Это другая вселенная. Другая Тьма. Другие правила. Но ощущение — то же. Холод. Бездна. Шёпот, обещающий власть.

Мальчик — ключ. Мальчик — всё. Тренировать его надо. Учить. Спасать.

Гарри первым отводит взгляд. Его зовут — Молли, Гермиона, Рон. Он уходит на кухню. Я остаюсь в прихожей.

Дверь закрывается. Дождь стучит по крыше. Портрет Вальбурги молчит — она тоже смотрела на мальчика, я чувствовал её взгляд. Тяжёлый. Изучающий. Почти… заинтересованный.

Я кладу руку на рукоять меча под наволочкой.

Начинается путь. Мой и твой, Гарри Поттер. В теле смешном, в мире странном, с мечом самодельным. Веселит Силу судьба моя.

Я улыбаюсь — впервые за долгое время.

Но тяжела она. Очень тяжела. Как всегда.

Я иду на кухню. Там шумно — Молли хлопочет над плитой, близнецы травят шутки, Рон рассказывает что-то, перебиваясь, Гермиона поправляет его факты. Гарри сидит среди них — чужой среди своих, как это часто бывает с героями. Я прохожу к своему табурету в углу и сажусь. Смотрю. Слушаю. Запоминаю.

Вечер опускается на дом Блэков. За окнами — дождь и тьма. Внутри — свет, разговоры и тревожное ожидание грядущих бурь. Я смотрю на лица этих странных людей, которые не знают ни Силы, ни джедаев, ни галактических войн, — и чувствую странное, неожиданное тепло.

Новый Орден. Новые юнлинги. Новая надежда. Старая война. Та же Тьма. Тот же Свет.

Я достаю меч — никто не смотрит. Кладу его на колени. Тёмный металл тускло блестит в свете очага.

Искра. Мы начинаем.

Конец первой главы

Глава 2

Глава 2. Уроки на кухне

Сцена 1: Утро после прибытия

Следующее утро началось с крика Вальбурги.

— ГРЯЗНОКРОВКИ В МОЁМ ДОМЕ!!! ПРЕДАТЕЛИ!!! ВОРЫ!!! УБИЙЦЫ!!!

Я открыл глаза. Кладовка тонула в сером утреннем сумраке. Где-то наверху хлопали двери, слышались торопливые шаги и приглушённые проклятия — Сириус, судя по голосу, пытался задёрнуть шторы на портрете матери. Судя по тому, что крик становился только громче, у него не получалось.

Доброе утро, новый мир. Громкое ты. Очень громкое.

Я сел, потянулся Силой к своим вещам. Меч — на месте, под кучей тряпья. Тёплый. Живой. Он словно приветствовал меня, и я почувствовал лёгкую вибрацию в Силе — отголосок моего собственного сердцебиения. Кристалл внутри пел тихо, почти неслышно. Я провёл пальцами по рукояти — просто чтобы убедиться, что он настоящий. Что мне не приснилось.

Не приснилось. Настоящий. Мой.

Сверху донёсся новый взрыв крика:

— МОЙ НЕПУТЁВЫЙ СЫН!!! ПОЗОР РОДА!!! ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ С МОИМИ ШТОРАМИ?! КИКИМЕР!!! КИКИМЕР, УБЕРИ ЕГО ОТ МЕНЯ!!!

Я вздохнул. Поднялся. Отряхнул наволочку — всё ещё грязную, всё ещё в пятнах, но уже не унизительную. Скорее… привычную. Как старая туника джедая. Тело помнило эту ткань, этот запах, и я не спешил от него избавляться. Всему своё время.

Скоро новую одежду найду. Но не сегодня. Сегодня — слушать, смотреть, учиться. Как юнлинг. Снова.

Я вышел в коридор.

У подножия лестницы кипела битва. Сириус, в халате поверх брюк, с безумными глазами, пытался прижать шторы портрета к стене с помощью палочки. Шторы сопротивлялись — они хлестали его по лицу, наматывались на руки, а Вальбурга за их спиной орала так, что с потолка сыпалась штукатурка.

— Чтоб тебя!!! — Сириус в очередной раз получил шторой по носу. — Кикимер! Хоть ты помоги, будь ты проклят!

Я остановился в дверях прихожей. Сложил руки на груди — жест, который я не делал девятьсот лет, но тело помнило. Тело Кикимера. Оно любило эту позу. Поза наблюдателя. Поза того, кто ждёт, когда хозяева наорутся и уйдут.

— Не Кикимер я, — сказал я спокойно. — И помочь могу. Но по-другому.

Сириус обернулся. Штора немедленно воспользовалась моментом и хлестнула его по затылку. Он взвыл.

— По-другому?! Как «по-другому»?! Она не заткнётся, пока я не…

— С ней поговорить надо, — я кивнул на портрет. — Не затыкать. Не прятать. Поговорить.

Сириус уставился на меня как на безумного.

— Поговорить?! С НЕЙ?! Ты в своём уме?! Это Вальбурга Блэк! Она не разговаривает! Она орёт, проклинает и требует крови!