— Ещё ближе, — тихо сказал раа Киан за моей спиной.

Я сделала маленький осторожный шаг.

Хвост медленно изогнулся. Кончик его дрогнул, потянулся ко мне сквозь прозрачную стенку. Это было невероятно красиво. Идеально выверенное движение, полное доверия и… выбора.

— Невозможно, — выдохнул кто-то из появившихся сопровождающих. — Тридцать лет без реакции. И вдруг эталонную позу выдаёт… Он же списан. Уже в утверждённых списках на утилизацию.

— Готовить к приживлению, — раздался приказ раа Киана.

Его властный голос я уже не спутаю ни с чьим.

— Но, раа Киан, — запротестовал кто-то, — это невозможно! Он бракованный, процедура не предусматривает…

— Я сказал — готовить.

Обернувшись, я увидела, как он смотрит на меня. Тяжёлый, пронизывающий взгляд, в котором я увидела мимолетную тень изумления. Я удивила этого ктаара.

— Всю ответственность беру на себя, — коротко и резко обронил он. — Я сам поставлю в известность руководителя аналитической службы. Вопросы?

Вопросов ни у кого больше не было, за исключением меня. Но я не решилась озвучить их вслух.

А ктаар вдруг шагнул ко мне. Близко. Очень близко.

Какой же он высоченный и здоровенный! И красивый, — снова до мурашек по спине осознала я. Очень красивый. И явно сильный очень. Плечи вон какие широкие, а под строгой плотной формой угадывается умопомрачительный рельеф…

Запрокинув голову, я завороженно наблюдала, как искры пробегают в синих волосах. Синий хвост медленно качнулся в мою сторону, но прикасаться не стал.

А вот бракованный ктор в контейнере тут же откликнулся — дрогнул, потянулся уже более настойчиво, привлекая к себе внимание.

— Как тебя зовут? — спросил меня раа Киан.

— Юлия, — ответила я срывающимся голосом.

Рядом с таким громилой удивительно, что я вообще смогла говорить.

— Тиа Юлия, — непривычно мягко произнёс он, и это «тиа» прозвучало странно и даже как-то интимно. — Запомни этот момент. Твой ктор только что выбрал тебя. Вполне возможно это изменит всю твою жизнь.

Да уж, изменит, — мысленно вздохнула я, отводя глаза. Уже изменило.

А ктаар резко развернулся и ушёл, не оглядываясь больше. Вокруг меня засуетился персонал.

— Пойдёмте, кандидатка. Нужно готовиться к процедуре приживления…

И меня настойчиво подтолкнули в другую дверь.

5. Процедура

Процедуру приживления назначили на следующий день, что меня не очень обрадовало. Трястись теперь весь вечер и утро. Лучше бы уж все и сразу.

А пока меня поселили в небольшой стерильной комнате. Белые стены, минимум мебели, огромное окно, за которым открывался вид на космопорт. Там сновали люди, техники, мелькали фигуры ктааров, взлетали и садились корабли.

Я смотрела на всё это и пыталась вспомнить всё, что знала об этой расе, чтобы хоть как-то заглушить волнение. Информации было не так много. Ктаары не спешили раскрывать свои секреты, а земные СМИ пережевывали одно и то же годами.

Первое: они высокоразвитые. Очень. Когда человечество только осваивало ближний космос и радовалось полётам на Марс, ктаары уже тысячелетиями бороздили галактику. Их технологии, особенно эти хвосты, кторы, считались чудом биоинженерии, которое землянам не повторить ещё очень долго.

Да и ни одной расе пока тоже. Только ктаары могли их делать и приживлять.

Второе: они избирательны. Не со всеми мирами вступают в контакт, не всем дают технологии. Земле повезло, если можно так сказать. Так говорили в новостях.

Ктаары сочли нашу цивилизацию достаточно перспективной для программы интеграции.

Третье: касты. Об этом писали редко, но я помнила какой-то научно-популярный фильм, который крутили по каналам, когда объявили о программе.

Ведущий — увлечённый парень с дурацкой причёской — рассказывал:

— Ктаары — не просто раса, а строго кастовое общество! Цвет хвоста определяет всё: профессию, статус, потенциал и многое другое, что нам до сих пор неизвестно. Известно только, что синие — это военные. Красные — учёные. Белые, серые, серебристые — высшие чиновники, лидеры и прочее. Остальные цвета — пока загадка. А эти полоски на хвосте — маркер потенциала! Чем темнее и шире, тем выше твой потолок. Представляете? У них всё написано на хвосте!

Я тогда посмеялась над его восторгом. Теперь невольно вспоминала синий хвост того ктаара в ангаре и сравнивала. Чёрные полосы широкие, почти полностью перекрывающие синеву. Высший потенциал, значит. Военный.

Внутри что-то странно ёкнуло при мыслях об этом ктааре. И почему-то внизу живота потеплело. Сразу перед глазами возникла его высокая мощная фигура, красивое строгое лицо и низкий властный голос.

И это его «тиа Юлия»… По коже даже мурашки побежали.

Я встряхнулась.

Так, не будем о нём. Что еще я знаю про них?

Ещё я знала про программу интеграции. Ту, что объявили официально несколько месяцев назад. Для неё и проводилось масштабное исследование молодежи.