– Вы же знатная дама! Неужели вы позволите использовать себя?

– Или вы предпочтёте посвятить себя семье? Родить ребёнка от вашего прекрасного супруга и забыть этот кошмар?

Вопросы сыпались градом, оглушая. Я начала нервничать, чувствуя, как людское кольцо сжимается, перекрывая кислород.

Вдруг один из журналистов, юркий парень с цепким взглядом, прокричал, перекрывая гул:

– Госпожа Беласко! А не думаете ли вы, что ваш супруг мог намеренно вас оговорить? Вы богатая и одинокая, без родни. Мы провели собственное расследование и выяснили, что у Юлиана Беласко были огромные карточные долги до свадьбы с вами! Которые он сейчас успешно гасит, не имея личного дохода! Откуда деньги, если не из вашего кармана?

Юлиану подобное заявление пришлось не по вкусу. Его лицо пошло багровыми пятнами.

– Наглая ложь!!! – зарычал он, теряя остатки самообладания и аристократического лоска. – Ты, писака паршивый! Как ты смеешь?!

Муж рванулся вперёд, вырвал у парня блокнот и с силой швырнул его на пол, а затем толкнул репортёра в грудь. Тот пошатнулся, кто-то ещё выругался, началась потасовка. Толпа качнулась, меня прижали к стене.

Я сжалась, пытаясь понять, как же выбраться отсюда.

В этот момент на моё плечо легла тяжёлая, горячая ладонь.

Марек шагнул вперёд, заслоняя меня собой.

Эффект был мгновенным. Показалось, будто в курятник вошел волк.

Репортёры, только что готовые разорвать друг друга ради сенсационной статьи, отшатнулись. Толпа расступилась, образуя коридор. Никто не смел преграждать путь Верховному Инквизитору.

Марек повёл меня прочь, выводя из этого хаоса. Мы вышли в коридор здания, где было тихо и прохладно. Лишь немного моргали лампы, но к этому я уже привыкла.

Как оказалось, нас ждали две безмолвные фигуры – тени инквизиции в масках.

Один из них, не поднимая глаз, протянул Мареку бумаги:

– Вот дело ведьмы, которое вы запрашивали, мой господин. И судебный отчёт.

Неужели я смогу посмотреть дело Сабины прямо сейчас?

Глава 4.2

– Я провожу тебя до твоего особняка, поедем вместе, – произнёс Марек, забирая бумаги у одного из теней. – Сможешь посмотреть по дороге.

Его предложение прозвучало как приказ, но я и не думала сопротивляться.

Возможно, потому что сейчас была чёрная неделя. Передвигаться можно было только по освещённым улицам и только в каретах, которые оснащены специальными фонарями, способными прогнать тьму в случае чего.

Всё это накладывало определённый отпечаток на моё внутреннее состояние.

А рядом с Мареком я чувствовала себя безопасности.

Мы вышли на улицу, там были ещё несколько репортёров, которых не пропустили. Они хотели было ринуться ко мне, но увидев Драгоша, сразу притормозили.

Нас уже ждал экипаж. Это была обычная чёрная карета без гербов и опознавательных знаков.

Марек помог подняться. Он подал мне руку и сжал ладонь. Мелочь, а я уже почувствовала дрожь смятения. Она поползла от кончиков пальцев к груди и животу.

Мы сели друг напротив друга. Дверца захлопнулась, отрезав нас от шума улицы. Внутри пахло дорогой кожей и тем неуловимым, приятным запахом, который всегда окружал Драгоша.

Я посмотрела на Марека. В карете были светильники, но с его стороны свет не горел. Будто Верховному была привычна тьма, которой я так страшилась.

В полумраке кареты его серебряная маска казалась почти чёрной, лишь иногда по ней пробегали блики. Марек сидел неподвижно, расслабленно откинувшись на спинку, но я знала, что он не сводит с меня пристального взгляда.

Я опустила глаза на бумаги в своих руках.

Имя: Сабина Росси.

Возраст: Двадцать два года.

Статус: Отбракована. Направлена в Обитель Смирения.

Основание: Пункты семь и восемь.

Сердце остро-тревожно сжалось, чтобы через мгновение пуститься вскачь резвым зайчишкой.

Двадцать два года... Всего на год старше меня. Совсем девчонка.

– У неё тоже была чёрная ломка… якобы, – тихо проговорила я, не поднимая головы. Голос дрогнул. – Как и у меня. И ещё «отметины зла» – родинки необычной формы на левом плече.

Подняла глаза, всматриваясь в Марека. Он лишь равнодушно пожал плечами, поправляя перчатку:

– Я не читал.

А ведь так и есть. Из рук своих теней он передал бумаги мне. А сам даже не удосужился проверить. Драгош настолько уверен в непогрешимости своей системы? Настолько уверен в виновности Сабины, что ему даже не нужно проверять что-либо?

Он дал мне это дело, зная, что я ничего там не найду, кроме подтверждения его слов.

Внутри шевельнулся липкий, холодный червячок сомнения. А что, если... что, если он прав?

Но я тут же одёрнула себя.

Нужно выяснить самой.

Глубоко вздохнула и снова впилась взглядом в текст, переворачивая страницу с протоколом допроса.