Мы снова двинулись в путь, свернули с торной тропы и углубились в чащу – туда, где начинались земли, которые я по устному уговору отписал Ярине. Едва мы пересекли невидимую границу, как я ощутил их. Десятки фамильяров, сплетённых из веток и сучьев, рассыпанных по всему участку и замерших в ожидании. За то время, что я здесь не появлялся, у Ярины успела собраться целая небольшая армия, и состояла она по большей части из дерева.

Участок её изменился до неузнаваемости. Между стволами тянулись ровные дорожки, выложенные плоскими камнями, а по краям прогалины стояли деревянные создания самых разных размеров. Одни были не больше кошки и сновали в траве на тонких суставчатых лапках, другие доставали мне до пояса и переступали тяжело, по-медвежьи. Все они поворачивали к нам свои безглазые головы по мере того, как мы шли, и от этого по коже бежали мурашки. Гордей Лукич, и без того молчаливый, при виде этого воинства совсем сжался и крепче вцепился в моё плечо.

Хозяйка не заставила себя долго ждать. Из-за стволов навстречу нам вышла Ярина, и за её спиной тут же бесшумно поднялись несколько деревянных созданий, поводя суставчатыми лапами.

– Дубровский, – она остановилась, скрестив руки на груди, и в уголках её губ заиграла усмешка. – Давно ты ко мне не захаживал.

– Зато ты постоянно захаживаешь ко мне, – усмехнулся я в ответ. – Дело есть, – добавил я и кивнул на Гордея Лукича, что тяжело опирался на наши плечи.

Торговец за всю дорогу не проронил ни слова и сейчас стоял молча, ссутулившись и опустив взгляд вниз. Ярина скользнула по нему быстрым цепким взглядом, и усмешка с её лица исчезла.

– Вижу, дело непростое, – заметила она, сразу уловив то, что я и хотел ей показать. Потом перевела взгляд на меня и приподняла бровь. – Ну а я-то тут при чём? Я не целительница. Хворых лечит твоя Лиза, а не я.

– В том-то и дело, что обычная целительница тут бессильна, – ответил я. – Я его осматривал, прислушивался к тому, что у него внутри. И почувствовал нечто неправильное, чему в живом теле не место. Но при этом нечто до странного знакомое.

Ярина прищурилась, и в её глазах мелькнула настороженность.

– На что ты намекаешь, Дубровский?

– Осмотри его сама, – предложил я. – Положи руку и прислушайся. Думаю, ты сразу всё поймёшь.

Ярина медлила недолго. Она подошла к торговцу, помедлила мгновение и положила ладонь ему на грудь. Прошло всего несколько секунд, и она резко отшатнулась, отдёрнув руку, словно обожглась.

– Живое дерево, – проговорила она, и в голосе её прорезалось неподдельное изумление. – У него внутри живое дерево. Почти как мои фамильяры. Только мои бы так не поступили.

– Потому что ими управляешь ты, – кивнул я. – А это растёт само по себе.

– Подождите, – Лиза переводила взгляд с меня на Ярину и обратно, на её лице застыло полное непонимание. Она всплеснула руками. – Я совсем ничего не понимаю. Какое ещё дерево? Объясните же толком!

Я повернулся к ней.

– Внутри Гордея Лукича сидит зачарованный кусок дерева, – сказал я как можно спокойнее. – Есть у него своё сознание или им кто-то управляет со стороны, для нас сейчас неважно. Важно другое. Эта деревяшка каким-то образом попала ему в тело. Скорее всего, через занозу, когда он по своему ремеслу пересчитывал товар. А оказавшись внутри, она принялась расти. Тянуть из человека соки, расползаться по жилам и подменять собой живую плоть. Она стала паразитом. И вот этого паразита нам нужно срочно извлечь, пока он не забрал торговца целиком.

Лиза побледнела и прикрыла рот ладонью. Гордей Лукич стоял неподвижно, опустив голову, и слушал нас молча, будто речь шла вовсе не о нём.

– А вот как ты собираешься его извлекать, – задумчиво протянула Ярина, – если эта дрянь забрала уже большую часть тела? Вырежешь дерево – вырежешь и человека.

Она обвела взглядом своих фамильяров, столпившихся вокруг неё, и на миг словно ушла в себя. Деревянные создания дружно отступили на несколько шагов, будто услышали безмолвный приказ. Потом Ярина снова посмотрела на торговца и тихо проговорила:

– Его нужно уничтожить. Этого фамильяра. Или кем бы он там ни являлся на самом деле.

– Знаешь как? – спросил я, не сводя с неё глаз. – Так, чтобы не навредить человеку.

Ярина задумалась всерьёз. Она прошлась взад-вперёд, постукивая пальцем по подбородку, потом остановилась.

– С большим деревом я бы не справилась, – призналась она. – То, что разрослось у него внутри, слишком крепко срослось с живой плотью. Тут как ни руби, человека погубишь вместе с паразитом. Но у всякого зачарованного дерева есть сердце, тот самый первый кусок, от которого пошёл рост. Убери сердце – и всё остальное останется без воли. Превратится в обычную мёртвую древесину, которую тело само вытолкнет со временем.

– Кажется, я начинаю понимать… Если всё и правда началось с занозы, – медленно произнесла Лиза, – то и начать надо с занозы. Уничтожим её – рассыплется и всё остальное.

Я кивнул и повернулся к торговцу.

– Гордей Лукич, покажите руки, – велел я.