— И что? — спросила она, уперев руки в бока. — Нам теперь важный караван бросить и ничего не делать? Да, устав запрещает нам контактировать, но в регламенте есть отличная лазейка, по которой и я, и ты имеем полное право проходить на чужую территорию в случае как раз-таки сигнала о помощи. Поэтому, если я правильно поняла, у тебя больше вопросов ко мне нет, а значит, мы можем выдвигаться. Да и тем более, — добавила Наира, — кто докажет, что мы с тобой по дороге общались, или тут? Белки?

Я хмыкнул себе под нос. Вот же чертовка остроухая.

— Для начала я оденусь, а потом пойдем, — коротко подытожил я.

Только было развернулся, потянув тяжелую дверь на себя, как эльфийка проворно и вполне уверенно поставила носок ботинка между рамой и створкой, от чего металл неприятно скрипнул о кожу.

— А мне просто на улице подождать? — спросила она абсолютно недвусмысленно.

На языке вертелось старческое ворчание в духе: «Это пять минут, подожди, чай, не первый раз на морозе». Но простое чувство благодарности к той, что две недели выхаживала меня в бреду, заставило прикусить язык. Долг спасения и элементарные правила приличия игнорировать нельзя. Как говорится: не плюй в колодец, воды придется напиться. Я молча кивнул, соглашаясь с ее немым укором, и шире распахнул створку.

— Выключи тогда ретранслятор, будь добра, — попросил я, пропуская гостью внутрь. — Я пока соберусь. И двери закрой, а-то выдует тепло.

Она покачала головой, заходя внутрь и закрывая двери.

— Бурчишь как старый дед. Ты в курсе?

Я еле сдержался, чтобы не хохотнуть в голос. Она даже не представляла как была недалека от истины. Ох как недалека!

Оставив Наиру разбираться с пищащим на весь бункер аппаратом, я прошел в спальный отсек, где присел на койку и потратил ровно минуту на то, чтобы применить заклинание исцеления. Привычное тепло унимающее боль. Нога работала не идеально, но ходить уже позволяла вполне сносно, особенно если не делать резких движений.

И если бы кто меня увидел, как я еще вчера ковылял с костылем, а сегодня уже почти спокойно передвигаюсь, то однозначно бы задался вопросом, с чего бы.

Дальше ушло пять минут на то, чтобы одеться и подготовиться к выходу. Глянув под кровать, выудил оттуда вместительный рейдовый рюкзак, который уже успел покрыться пылью. Видимо, предшественник не шибко часто его оттуда вынимал.

Я закинул в него термос, в который предварительно залил теплую воду, чтобы медленнее остывала. Любопытный, к слову, факт, а кипяток остывает на морозе быстрее, чем просто теплая вода или вода комнатной температуры. Эффектом Мпембы называется.

Следом полетели несколько брикетов армейского сухпайка и пара банок тушенки. Неизвестно, сколько нам придется там торчать, да и что нас там ждет. А если жрать захочется, или у найденных людей с собой еды не будет, то хотя бы сможем помочь и им и себе.

Выйдя обратно в смотровую, я застал эльфийку возле стола. Ретранслятор молчал, в помещении было тихо.

— Ты еду с собой брала? — спросил я на ходу, застегивая нагрудные карманы разгрузки.

— Естественно, — она ткнула большим пальцем на пухлый рюкзак за ее спиной.

— Медицина? Турникеты там, бинты, обезболы?

— Тоже, но немного. Места в обрез.

— Ясно, — кивнул я, подходя к настенному медицинскому шкафчику.

Распахнув дверцу, я кинул в свой рюкзак парочку жгутов Эсмарха для остановки кровотечения, рулон широкого бинта и несколько ампул сильного обезболивающего. Если конвой потрепало так, что пришлось слать морзянку, лишняя медицина точно пригодится. Надо будет обязательно дать запрос диспетчеру, когда вернемся, чтобы прислали пополнение, если эти израсходуем.

Господь милосердный, как же хорошо, что у нас периодически проводили учения по тактической медицине, и в институте давали уроки на практике по «Безопасности жизнедеятельности». Мне эта тема была интересна, хотя одногруппники постоянно сетовали, мол, ну на кой-хрен нам это «БЖД» вообще нужно.

А оно вот как вышло. Очень даже нужно. Ну, по крайней мере мне так точно.

Проверив затвор, я повесил автомат на плечо и махнул рукой в сторону выхода. Как только оказались снаружи, пневматика шлюза зашипела, и дверь закрылась.

Утро встретило небом с величаво плывущими облаками и никуда не девшимся холодом. Снег под ногами сухо скрипел и отбрасывал блики от изредка выползающего солнца.

Только мы успели сойти с крыльца и сделать пару шагов к техническим постройкам, как я почувствовал увесистый толчок в спину и едва не потерял равновесие. Когти мягко зацепились за плотную кордуру рюкзака и издали царапающе-карабкающийся звук.

Как этот усатый черт умудрился незаметно выскользнуть следом за нами, я даже не заметил.

— Ну вот куда ты прешься, а? — пробурчал я, чуть ссутулившись под внезапно свалившейся ношей. — Мне и без того сейчас нелегко с пробитой ногой по снегу топать, а ты свои дополнительные пять килограмм живого веса мне на горб уложил. Брысь отсюда!