Последним я изучал свойства отделённой от меня части, в том смысле, что хотелось понять, как оно себя ведёт с точки зрения «живого организма». И… оно вело себя странно. Шикарно, но странно. Во-первых, отмирать и разлагаться моя плоть не спешит, даже отделённая от меня. Если её «закаливать», то есть нагревать и резко охлаждать, то внешний слой оболочки «цементируется», что-то вроде «ороговения» у обычных организмов. Но если провести «отпуск» металла, то есть нагреть и дать остыть «спокойно», то оно размягчается и всё ок. В общем, в каноничной ситуации, чтобы «оживить» того Виктора, его достаточно было закинуть в домну. А вот сам «саморазогреться» я не могу, ибо сверхпроводник, сопротивление — ноль, а потому и греться во мне нечему, хотя если поиграть с вихревыми токами… Впрочем, это скорее просто резервный план по спасению из очень специфической ситуации, куда можно было влететь только авторским произволом сценаристов-импотентов. То есть «поехав крышей». Ибо тема «он безу-у-умен» — это универсальная отмазка не только российских сценарных импотентов. Но вернёмся к моему кусочку. Он не помирал и не разлагался, а если его «кормить» всякими полезными сплавами и «подбадривать» мощными разрядами, то и рос. Нет, таким «кустарным» способом я себя клонировать не мог, но вот наращивать «биомассу», насколько этот термин подходит, — вполне. Что? Зачем мне биомасса металлорганики? Это же грёбаный сверхпроводник! «Горячий»! В смысле, спокойно сохраняющий сверхпроводимость не то что при нормальной температуре, но и разогретый до нескольких тысяч градусов! Это — уже готовый компактный источник энергии! Только сделай форм-фактор и «распайку» для нормальной зарядки/работы!

Одно было плохо во всём этом — потребности в энергии для такого наращивания объёма не сильно уступали текущим потребностям в энергии для работы мутационной установки на космическом излучении. Искусственно же воссоздать мой металл было крайне непросто, несмотря ни на какие структурные анализы и исследования. Тем не менее кое-что приближённое, без сверхпроводимых и регенеративных свойств, нащупать получилось, и если делать не лабораторные образцы, а полноценное промышленное производство, то выпуск такого сплава даже становится рентабельным. Потому я продемонстрировал воякам не только цифры с расчётами, но и более чем «рабочий прототип» — то, что уже есть и что можно щупать.

– Это… – тут сошлись бы и полноценные «консерваторы» с «технократами» — сверхпрочные и сверхлёгкие сплавы всем нужны, – тоже интересно.

– У нас есть ещё ряд «тоже интересных» решений. И мы надеемся на долгое и плодотворное сотрудничество.

– Тогда, – поднялся генерал Хэйгер, – нам стоит обсудить условия этого сотрудничества, – и протянул руку для пожатия.

– С удовольствием, генерал, – я принял протянутую ладонь.

Разумеется, впереди ещё обсуждения и торги, но главного я достиг — ребята из Пентагона будут ставить на меня. А там и другие проекты, в том числе и «классическую оружейку» можно будет протащить. Да и всякие средства цифровой коммуникации тут ещё только начинают свой победный марш, а значит, вполне возможно его возглавить и получить с этого свои дивиденды. Ну а пока начнём тонко намекать, что в подобном договоре всякие левые «свободные инвесторы» — лишние. Совсе-е-ем лишние.

Позже...

– Сэр, вы уверены, что они не обратятся к доктору Ричардсу? – проявил любопытство мой секретарь, когда мы уже сели в машину.

– Это неважно, Леонард, – не глядя на него, разминаю пальцы в имитирующих обычную кожу перчатках, силясь определить, упала ли чувствительность вновь или же всё нормально? С момента, как я обнаружил способность поглощать электричество, большинство негативных симптомов по самочувствию исчезли, но пальцы… ощущение покрывшей их скорлупы всё ещё давило на сознание. – Даже если они к нему обратятся, он им откажет.

– Вы верите, что он испугается суда? – позволил себе предположить парень. – Хочу заметить, что с поддержкой Пентагона он имеет шансы его выиграть.

– Я это понимаю, – усилием воли оставив в покое перчатки, откидываюсь на спинку сидения, – но нет, он откажет им по собственным убеждениям. Рид — чистоплюй. Ему подавай только чистую науку, даже коммерческие проекты его коробят, ему надо обязательно что-то фундаментальное, что-то высокое, чтобы оставить своё имя в истории. Только поэтому он со всеми своими мозгами и дошёл до банкротства, когда осталось только предлагать проект мне и надеяться на дружескую помощь. От предложения создавать оружие и уж тем более суперсолдат он откажется, какие бы деньги ему ни сулили.