Разумеется, подобные дела развалятся на первом же слушании, если адвокат не совсем дебил — запись ведь была сделана без уведомления и согласия записываемого, а потому не может являться доказательством. Но «ответно» обвинить меня в клевете и нападках на деловую репутацию не получится. Ведь запись — подлинная. И делалась с моего ведома и согласия, следовательно, как доказательство в мою защиту в случае чего может быть использована. И обретёт «легальный» статус, а на ней — угроза убийством. К тому же я настаивал на «открытом процессе», с прессой и освещением всего такого. То есть широкая общественность могла бы послушать, как уважаемый меценат и весь из себя благотворитель угрожает «найти и закатать под асфальт» другого уважаемого мецената. Нехорошо получится. Так что веселье нарастало — адвокаты потели и пыхтели, пытаясь одновременно и договориться с моими юристами об «улаживании в досудебном порядке», и работать над переводом следствия в «закрытый» режим. И… я вполне позволил с собой договориться и «снял претензии» в обмен на некоторую сумму. Почему? Потому, что посадить или даже просто подтвердить обвинения у меня бы не получилось — запись «нелигитимна», шансов на открытый процесс тоже нет. Слишком «уважаемые» люди, и на суде могут всплыть слишком секретные данные, начиная от финансовой информации, заканчивая какими-нибудь «концептами прототипов». Так что получить миллион-другой «отступных» было банально выгоднее и эффективнее, чем терпеть поражение в этом манёвре. К тому же его основная роль — отвлечь внимание, добавить головной боли и просто заставить дополнительно понервничать, что он с успехом и сделал, окончательно закрепив в умах всех вовлечённых, что Дум уже просто пытается гадить и одновременно урвать хоть ещё пару крошек со стола разделки дела его жизни. С учётом того, что «уважаемые господа» и так уже договорились, кто кому что отдаст и передаст, они воспринимали это с некоторым брезгливым пренебрежением, даже выбросили на рынок часть своих акций (ведь «может, найдётся дурачок, что купит этот мусор»), недостаточный по процентовке, чтобы реально претендовать на какой-либо кусок предприятий и на самом деле становящийся мусором при подтверждении банкротства, но, как ни странно, теория вероятности была на их стороне. В том смысле, что «какую бы фигню ты ни продавал, всё равно может найтись дебил, что эту фигню купит». Доказано успешной продажей состриженных кошачьих усов… Тут, правда, большая часть акций уже ушла воякам, вернее, государству через вояк, но не суть.

Что «что-то тут не так», господа инвесторы поняли в тот момент, когда… их процесс о банкротстве был не просто заморожен до проведения полного расследования по делу о сговоре, а натурально отклонён, поскольку «Фон Дум Индастриз является официальным партнёром Министерства Обороны США и задействована в проектах национальной безопасности». Другими словами — неприкосновенна. Разумеется, они сразу же начали перетряхивать все активы, записи и так далее и… нашли проект «Прометей» с грифом «Совершенно Секретно». И попробовали получить к нему доступ, но… получили по рукам, ибо доступ был разрешён только для представителей Министерства Обороны в звании не ниже полковника (и то далеко не каждого) и… руководителя проекта Виктора фон Дума.

Вообще, ребята из Пентагона предлагали мне всё-таки обанкротить компанию, получить с неё свой кусочек, пусть и небольшой, и на его базе создать новую, с которой вояки бы уже и заключились, и проспонсировали. Это было бы куда проще, быстрее и с меньшей головной болью. Вот только вся моя сущность (почти) требовала именно «отстоять своё», а не «позволить убить», а потом возрождаться из трупа. Ну и весь «концерн» был всё-таки структурой более мощной и более независимой, чем «маленький свечной заводик», плотно завязанный на оборонку и, по сути, живущий, только пока обслуживает интересы этой самой оборонки, а высокие дяди в красивых мундирах в нём заинтересованы. И так за «покровительство» пришлось изрядно поступаться и прогибаться, ограничиваясь и направлениями исследований, и списком потенциальных партнёров и рынков сбыта.

Да и тот факт, что Виктор фон Дум является монархом маленькой, но очень гордой и независимой Латверии, играл свою роль. В том смысле, что масса юридических нюансов и головной боли сильно портила жизнь. Да, Латверия — любимая страна магната, его родина и владения, но… по факту, это крайне бедная страна, иначе её монарху не пришлось бы лично строить с нуля компанию на другой стороне глобуса и заниматься почти всё время исключительно ей. Небольшое княжество на северо-запад от Трансильвании (там, где в моём мире вроде бы была территория то ли Словакии, то ли Венгрии) не имело толком промышленности, плодородной земли (ибо горы, если точнее, то Карпаты), да и от торговых маршрутов стояло далековато. Другими словами, регион не представлял из себя ничего интересного, даже горные породы были бедными. Зато такая обособленность совокупно с малой ценностью позволяла стране уже добрую тысячу лет оставаться независимой (или полунезависимой). И теперь там будет база НАТО. На кой хрен она там нужна воякам, я так и не понял — вокруг и так союзная и, как я знал, постепенно становящаяся скорее вассальной, чем союзной, Европа, где таких баз и так как грязи. Впрочем, я был не против, ибо такая база — это сначала большая стройка, а потом ещё и потребность в снабжении, а значит — рабочие места, с которыми в Латверии была напряжёнка. Пусть Виктор и старался обеспечить эти самые места, да и «мозги на экспорт» поставлялись, но всё же… В общем, хотят там базу иметь, быть может, думая так «дополнительно контролировать» меня, — велком. Всё равно возьмись кто за Латверию серьёзно, её закопают, а так один «потенциальный противник» становится «союзником», пусть и очень условным, но всё же. Ладно, оставим пока родину фон Дума и вернёмся к США и текущей ситуации с компанией.