– Миссис Харди, это Виктор фон Дум, я только что узнал о произошедшем. Уже выезжаю. Пожалуйста, притормозите Джей-Джея до момента, как я прибуду.

– Мистер фон Дум, – сухо ответила Лидия, – при всём уважении, но это — не ваше дело. И я не буду рисковать дочерью из-за ваших странных желаний. Похититель чётко сказал, что хочет, чтобы деньги передавал Джона.

– Вот только с его «дипломатическим талантом» Отто в лучшем случае и его возьмёт в заложники, удвоив сумму выкупа, а в худшем, после такой речи нашего «журналиста», — прикончит его на месте с особым цинизмом и жестокостью, если вообще не заставит сперва смотреть на расправу над Фелицией, чтобы поставить его надменную жопу на место. Потому в ваших же интересах не дать этому идиоту окончательно всё испортить.

Я вот чувствовал, что она очень хочет возразить, однако… против фактов переть сложно, если тебя не защищает Сила Тупости. Такой силы у Лидии, к счастью, не имелось.

– … Хорошо. У вас есть час.

На этом разговор завершился, а мне пришлось бежать на крышу. Ибо в пять часов вечера доехать за час из Манхэттена даже до соседнего района города было тупо за гранью фантастики. Но вертолёт у меня был, как и ожидающий пилот, как и целая куча нужных разрешений, говорящих, что я могу летать как угодно и куда угодно — хорошо быть лучшим другом вояк. В итоге я не только уложился в срок, но и успел заглянуть в лабораторию, откуда прихватил образец своего металла, и уже через сорок минут входил в студию.

Не скажу, что меня там ждали с распростёртыми объятиями, но и просто послать нахрен товарища с моим влиянием и финансами было никак нельзя. Хотя местный ФБР-овец, конечно, кривился — как и положено, вояки, с которыми я был аффилирован, и «молчи-молчи», к конторе которых принадлежал классический шкафообразный «человек в чёрном» с коротким бобиком каштановых волос на голове, друг друга не любили. Вот он эту нелюбовь и проецировал. К тому же после той истории со Щ.И.Т.-ом «внутреннюю разведку» и сделали крайней, вставив пару живительных пистонов — так, для порядку. Но вернёмся к основным действующим лицам.

– Фон Дум, я не знаю, что ты там наговорил Харди, но… – начал было Джеймсон, но взгляд мужчины упёрся в Лидию и Гвен, что стояла рядом с ней и морально поддерживала… Хм, не ожидал, что у них есть какие-то отношения между собой. Разумеется, не подразумеваю ничего фривольного, но любопытен сам факт, что они явно друг друга знают не первый день. Хитрая паучишка ведь о таком молчала и не подавала виду! А Джона меж тем явно вспомнил, что в помещении дамы, потому вместо явно запланированного мата (возможно, семиэтажного, с очень интересными маршрутами, предположениями и пожеланиями) постарался выдать что-то более вежливое: – это всё чушь собачья! Не знаю, какую игру ты затеял, но сейчас явно не время и не место для твоих хитрых планов! – ах да, у меня же в среде дельцов сложилась очень определённая репутация… Вот честно, я об этом уже даже как-то забыл.

– Джеймсон, – сухо ответил я ему кивком, – тут нет никаких игр, и судьба Фелиции заботит меня так же сильно, как и Лидию. И именно поэтому я прилетел. Тебя нельзя пускать на переговоры с террористами. Категорически нельзя.

– Это почему ещё? – возмутился мужик. – Думаешь, я струшу?!

– О нет, – я покачал головой, – чего-чего, а вот смелости у тебя хватает. Её даже слишком много. В этом-то и вся проблема.

– В каком это смысле? – моргнул он.

– В том самом, что твоё поведение вызывает искушение разбить тебе лицо у любого, кто общается с тобой дольше двадцати минут. Особенно если общаться он вынужден в положении подчинённого. У тебя гениальный талант бесить людей. То, к чему я шёл долгие годы тренировок и оттачивания ораторского мастерства, у тебя получается легко и непринуждённо — достаточно минимально разойтись с твоими желаниями. В нашем случае это может привести к тому, что тебе натурально оторвут голову. И ладно бы это, но ведь и Фелиция может пострадать!

– Что ты несёшь, Дум?! Я прекрасно умею себя контролировать и общаться с теми, кто мне неприятен!

– Ага, конечно… – закатил глаза я.

– Умею! Эй вы, подтвердите! – это он бросил операторам и техникам, пребывающим в студии.

– (_)… (_)… – обозначенные обменялись затравленными взглядами загнанных в угол людей.

– Да вы… – всё понял Джона.

– Так, хватит тут мериться длиной членов! – внезапно рявкнула Лидия. – Мою дочь похитил какой-то псих, прижививший себе железные щупальца в спину. И всё, чего я хочу, это чтобы она благополучно вернулась домой! Джеймсон, ты действительно невыносимый козёл, но я тебя знаю уже больше двадцати лет, и ты хороший друг. Дум, ты самый хитрый жук из всех, кого я знаю, и мастерски умеешь выкручиваться из сложных ситуаций. Но там — моя дочь. Потому или вы нормально решаете, как действовать, или я иду туда сама! – не выдержала мать, у которой псих похитил дочь.

Признаю, неловко стало даже мне. Да и наш «владелец газет-пароходов» тоже выглядел сконфуженным.