Картинка сменилась. Они с Джеки стояли посреди какой-то разгромленной комнаты, тяжело дыша. Стены в пулевых отверстиях, на полу — тела в чёрной форме с красными нашивками. Геральт с удивлением понял, что узнаёт эти нашивки — «Арасака», одна из ведущих корпораций. Удивительно, но ещё минуту назад он понятия не имел, что это значит.

— Твою мать, Ви, — Джеки выдохнул, вытирая пот со лба. — Мы реально это сделали? Мы реально спёрли чип у самой Арасаки?

— Сделали, — ответил голос Ви, и Геральт почувствовал чужой выброс адреналина, чужую радость. — Валим отсюда, пока не нагрянуло подкрепление.

Картинка снова сменилась.

Бег по коридорам, разбитые стеклянные двери, вооружённая охрана, выстрелы и смерть. В руках — плоский чемоданчик с логотипом.

Это было ограбление по контракту и его добыча.

Новое воспоминание.

Геральт увидел их убежище — гараж Джеки, заставленный хламом. Они стояли над открытым чемоданчиком, внутри которого лежал незнакомый предмет. Ведьмак сразу догадался: это тот самый чип «Релик», что сейчас торчал у него в голове.

— Ты хоть знаешь, сколько это дерьмо стоит? — спросил Джеки, и глаза его горели. — Мы теперь богаты, Ви! Богаты, мать твою! О нас будет говорить всё посмертие!

— Не обольщайся, — голос Ви был спокойнее. — Надо отдать товар заказчику. ДеШон ждёт.

— Да плевать! Мы сделали это! Мы! — Джеки с силой обнял друга, хлопая по плечу.

Новое воспоминание накатило тягучей волной, сменив предыдущее.

Машина. Они с Джеки в машине, и Джеки истекает кровью. Его куртка насквозь пропиталась красным, лицо посерело, но он пытался шутить.

— Эй, Ви… — голос Джеки срывался на хрип. — А помнишь, как мы в баре с той официанткой… ну которая…

— Молчи, — голос Ви дрожал. — Молчи, слышишь? Мы почти доехали.

— Не доедем, — Джеки кашлянул, и на губах выступила кровь. — Слушай… ты это… зайди к маме. Скажи, что я… ну ты понял.

— Сам скажешь.

— Ви… — Джеки посмотрел на него мутнеющими глазами. — Ты был лучшим напарником. Честно.

Рука Джеки, залитая кровью, сжала плечо Ви. Через мгновение она обмякла и соскользнула с плеча.

Джеки мёртв. Из-за меня.

Снова тьма, наполненная голосами.

— Декстер ДеШон, — голос Ви звучал устало. — Мы сделали работу. Где оплата?

Они стояли в каком-то пустом ангаре. Напротив — тучный мужчина в дорогом костюме, с глазами-щелками и мерзкой ухмылкой. За его спиной — два амбала с автоматами.

— Оплата? — ДеШон рассмеялся. — Какая оплата, Ви? Ты принёс мне «Релик»? Принёс. Но проблема в том, мальчик, что «Релик» испорченный. Что мне с ним делать теперь?!

— Что? — голос Ви дрогнул. — Ты…

— Я — бизнесмен, — перебил ДеШон. — А вы с твоим дружком — расходный материал. Прости, ничего личного.

Выстрел.

Боль. Огненная вспышка в затылке. Тьма, медленно окутывающая сознание.

Он был убит. Их кинули. Всё было зря.

Геральт открыл глаза.

Он сидел в кресле Виктора, тяжело дыша, и чувствовал, как по щеке течёт холодный пот. Пальцы вцепились в подлокотники так, что они жалобно скрипнули.

— Ну как? — голос Виктора донёсся будто издалека. — Очухался?

Геральт медленно повернул голову. Он смотрел на Виктора и видел теперь не просто странного мужика с железными руками. Он видел рипера — подпольного хирурга, который ставит импланты тем, кому не светит дорогая клиника. Он знал это слово теперь. Знал, что такое импланты, нейросеть, хром, корпораты.

Он знал, что Найт-Сити — город, в котором оказалось это тело, — адская смесь из стекла, бетона, неона и насилия. Знал, что корпорации правят миром, а люди внизу грызут друг другу глотки за жалкие крохи. Знал, что энграмма — это цифровая запись личности, и Джонни Сильверхэнд был реальным человеком пятьдесят лет назад, легендой, рокером-террористом, который взорвал башню «Арасаки».

И главное — он знал, что Ви, настоящее тело которого он занимает, было убито. Просто за ненадобностью. Выстрелом в затылок, как хромую лошадь.

— Ви? — Виктор нахмурился, глядя на него. — Ты как? У тебя взгляд стеклянный.

Геральт сглотнул. Горло пересохло так, будто он неделю не пил.

— Я… — голос сорвался. Он прокашлялся. — Я знаю, что случилось. Всё.

— Всё? — переспросил Виктор. — Это хорошо или плохо?

Геральт посмотрел на свои руки. Левая — обычная, чужая, но человеческая. Правая — с имплантом, на запястье мигал индикатор. Он медленно сжал пальцы в кулак, чувствуя, как сервоприводы отзываются на мысленную команду.

— Хреново, — ответил он наконец. — Меня убили из-за этого чипа. И Джеки… — он запнулся, чувствуя, как чужое горе сжимает горло. — Джеки мёртв.

Виктор тяжело вздохнул и опустился на табурет рядом с креслом.

— Про Джеки я знаю, — тихо сказал он. — Соболезную. Хороший был парень. Немного отмороженный, но хороший. Сейчас редко таких встретишь.

Геральт молчал, переваривая информацию. Воспоминания Ви накладывались на его собственные, создавая странный коктейль из ведьмачьего существования и уличной жизни Найт-Сити. Теперь он знал всё, что ещё несколько минут назад казалось магическим, необъяснимым миром.