Первый тоже, перекатившись, ушёл в сторону, встал на ноги, и я увидел, как он выхватывает из-под одежды маленькие серебристые округлые пластины с зубьями. Метательные штуковины.

Взмах его кисти был почти незаметен. Одна из звёзд-пластин свистнула в воздухе и воткнулась в пол там, где мгновение назад лежал я.

Я перекатился в сторону и вскочил.

Ещё взмах — следующая звезда понеслась в меня. Я схватился за стол, приподнял его и выставил перед собой как щит. Двинулся на противника, держа деревягу. Звёзды одна за другой врезались в доски, пущенные с такой силой, что я слышал гулкие удары.

Ингрис в это время схлестнулась на мечах со вторым джаллом. Клинок звенел в её руках, валлессарийка двигалась быстро, ловко, не уступая убийце ни в скорости, ни в ярости.

Я разогнался и почти впечатал своего джалла столом к стене…

Почти.

И тут он сделал прыжок. Перемахнул через мою голову. Да ещё в полёте попытался ударить меня рукой. Но это был не просто кулак. В его руке я увидел стилет. Узкий, как перо для письма, но смертельно острый.

Однако!

Я отбил его руку, и тут же, в полете, схватил его за черную одёжу… и что есть силы ударил об пол. Худое тело врезалось в доски. Бухнуло так, что кости хрустнули, половица скрипнула.

Я ударил ногой ему в грудь со всей яростью, которую успел накопить за эти секунды. Рёбра вошли внутрь. Собственные кости пронзили его лёгкие. Из-под маски раздался мокрый, захлёбывающийся всхлип. Первый джалл был мёртв.

Ингрис отчаянно билась со вторым, но он оказался быстрее. Он сбил её с ног, выбил меч и замахнулся клинком. Еще мгновение и…

Мне не успеть подбежать к ним.

Я выхватил из руки мёртвого джалла скользкий от крови стилет и швырнул.

Я не умею метать ни ножи, ни кинжалы, а только топоры. Но сейчас нужно было хоть что-то сделать. Попасть куда угодно, хоть как, пусть рукоятью или плашмя, лишь бы сбить удар, отвлечь убийцу.

Ингрис лежала в дальнем углу комнаты, прижатая к стене, а убийца уже занёс меч.

Я бросил стилет почти на удачу, надеясь только на богов. И, видимо, боги в этот миг решили, что я умелый метатель. Острие развернулось в воздухе так, как повернул бы его мастер. Стилет тихо и с едва слышным всхлипом вошёл в затылок джалла.

Вжух!

Прямо в основание черепа…

Его рука тут же обмякла, меч выскользнул из пальцев. Тело ещё мгновение стояло, будто не веря, что уже мертво… А потом мягко, нехотя осело на пол.

Второй — убит.

Гром расколол небо, молния вспыхнула и осветила комнату. На полу лежали два тёмных тела в чёрных одеждах, ночные убийцы.

Ингрис поднялась, дрожа от пережитого страха и напряжения.

— Кто… это был? — прошептала она, кивнув на тела.

Инстинктивно она всё ещё вжималась в стену, не решаясь хоть полшага сделать к тем, кто только что был самою смертью — но соединился с нею сам. Словно не она только что храбро отбивалась мечом.

— Наёмные убийцы, — сказал я. — В Империи их называют джаллами.

— Они пришли за мной… — выдохнула Ингрис.

— А где Рувен? — спросил я, оглядываясь.

— Да здесь я… здесь… — раздался несмелый хриплый голос.

И старик, пыхтя, выбрался из-под кровати, как огромный трусливый хомяк из своей норы.

Глава 18

Рувен с кряхтеньем распрямился, оправдываясь и трясясь.

— Эльдорн… прости, что не помог. Я спросонья так напугался… ох… — он озирался, будто всё ещё ждал удара. — Это что ж за разбойники?

Синий огонёк уже угасал. Тонкое свечение, которое бросили нападавшие, едва тлело у стены. Это была вовсе не магия — просто горючая смесь, вспыхивающая при ударе. Света давала много, а вот жара почти не было, и доски пола остались целыми.

Я зажёг лампаду на китовом жире и посветил на тела. Рувен всмотрелся и выдохнул:

— Забери их стылорог! О боги, это же джаллы!

— Похоже на то, — сказал я.

Колдун подошёл ближе и сорвал маски с обоих. Под тканью оказались молодые лица, почти мальчишеские. Гладкая кожа, без щетины, и застывший взгляд в никуда.

— Совсем юные… Их с детства готовят лишь к одному, — Рувен всё ещё говорил тише обычного, будто боялся потревожить мёртвых. — К убийству. В открытую они не дерутся, в боях и войнах не участвуют… это не их путь. Они всегда работают ночью. Они казнят во тьме, и в этом им нет равных.

Колдун покачал головой.

— Нам очень повезло… что вы сумели с ними справиться.

В дверь постучали. Мы с Ингрис сразу схватили короткие мечи джаллов, подняли их на уровень груди. Приготовились.

— Это снова они? — прошептала девушка, прижимаясь ко мне, плечом к плечу, а голос её дрогнул.

— Нет, — сказал Рувен. — Джаллы не станут стучать. Они всегда приходят молча.

— Тогда кто же пришёл посреди ночи?..

— Эй! Что там у вас происходит? — раздался снаружи голос матушки Лисы. — Ну-ка откройте мне!

Мы выдохнули одновременно. Мечи опустились.

Колдун подошёл, откинул засов.